Читаем Некроманты полностью

– Даже я почти ничего не знаю, хотя полжизни прослужил в нашей части, – признался Полковник. Кофе ему больше не хотелось. Хотелось домой, прилечь и забыть обо всём, но он не представлял, куда на ночь девать Ноэля. Кафе-то наверняка сдаётся на сигнализацию, а бродячий покойник может в любой момент встать и куда-нибудь пойти.

– Я знаю только, что был такой парусник, который, если память меня не подводит, затонул во время войны. И всё.

– Но для Ноэля служба на нём очень много значила, – тихо сказала Клархен. – Это уже совершенно точно.

– Разве что сходить в окружное мореходство, в тамошний архив, – задумчиво сказал Полковник и опять машинально пригладил макушку. – Но это завтра, сегодня они закрылись.

– Мы пойдём вместе! – сказал Лазарь Моисеевич. – Вы, я извиняюсь, не всегда умеете разговаривать с людьми так, чтобы они вас слушали!

Успешный визит в архив окрылил старого иллюзиониста. Ему снова хотелось выступать.

– Как угодно, – засмеялся Полковник. – И всё же… где нам найти хоть какие-нибудь сведения об «Арионе»?

Он говорил громко, и, видимо, на этот раз какое-то из его слов дошло до души Ноэля, накрепко запертой в разлагающемся теле. Потому что мёртвый шевельнулся – медленно повернул голову и уставился куда-то в витрину. Глаза у него уже помутнели.

Маги умолкли. А мёртвый Ноэль минуту посидел, пялясь в стекло, потом деревянно встал и на негнущихся ногах пошёл к выходу.

– Вот это дядя Ноэль сегодня набрался, – отчётливо сказал кто-то из молодых магов.

«Ребята ничего не поняли, – подумал Полковник, торопливо выгребая из карманов мелочь – заплатить за кофе. – Они ничего не поняли, но завтра уже поймут. И сразу вызовут «Скорую» – кто из них захочет возиться с чужим стариком, к тому же мёртвым…»

Лазарь Моисеевич и Клара уже вышли из кафе вслед за Ноэлем. А мертвец всё такой же деревянной походкой направился по мощёным тротуарам в сторону моря. Маги шли рядом, Лазарь Моисеевич галантно поддерживал Клархен под руку. Холодный норд-ост, ничуть не утихший за день, трепал её юбки и шевелил розу в волосах. Полковник поначалу думал, что Ноэль пойдёт домой – как уходил домой каждый вечер после посиделок в кафе в течение многих лет. Но мёртвый повернул в другую сторону.

Вскоре стало понятно, куда он идёт.

Ноэль спустился узкими улочками Рабочей слободы и вышел на Променад – старинную широкую пешеходную улицу, протянувшуюся по склону над портом. Отсюда был хорошо виден весь город, лежавший на холмах над морем и сейчас залитый тревожным красноватым светом заходящего солнца. Оно висело над холмами, алой искрой отражаясь в золочёном куполе храма Георгия Победоносца и бросая на море короткую парчовую дорожку. Полковник отсюда видел старинные каменные дома центра, руины древней генуэзской крепости за Южным фортом, ряды хрущёвок в спальном районе и старую частную застройку: десятки белёных домиков с палисадниками, сбегавшие по склонам к самому Северному форту. Видел и сами форты, похожие на громадные шахматные ладьи, выдвинутые в море на входе в бухту с обоих берегов, и порт, ощетинившийся частоколом мачт и кранов…

Это был город, в котором Полковник прожил всю жизнь и в котором планировал умереть. Но не так, как старина Ноэль.

А Ноэль тем временем пересёк Променад и заковылял вниз, к морю, по узким тротуарчикам и лестницам, которые были порой такими крутыми, что Полковнику и Лазарю приходилось поддерживать его с двух сторон, чтобы он не упал. На ощупь Ноэль казался твёрдым как деревяшка – как только ухитрялся ноги переставлять. Клархен, подбирая юбки, осторожно шла следом. Наконец Ноэль спустился на полузаброшенную, занесённую мелким песком пристань и остановился на старом пирсе. Сейчас здесь швартовались разве что рыбачьи лодки, да и тех было немного. Они качались на волнах возле пирса, похожие на рыб у кормушки, и иногда глухо ударялись бортами. Сейчас, на закате, здесь было малолюдно, и Полковник слегка расслабился – лишнее внимание им ни к чему. Ветер дул так, что на него можно было опереться, как на стену, и пах водорослями и холодной морской водой.

Ноэль дошёл до конца пирса, плюхнулся на камень и замер, глядя мутными глазами в горизонт. Под ногами у него тёмные волны с грохотом ударялись в основание пирса, обдавая мёртвого мелкой водяной пылью.

– Зачем он сюда пришёл? – крикнула запыхавшаяся Клархен. – Здесь так холодно!

– Я думаю, он ждёт! – Лазарь Моисеевич отвернулся от ветра, поднял воротник пальто. – Только я не знаю чего!

– Кажется, я знаю, – медленно сказал Полковник. Он догадался, но эту догадку надо было ещё проверить.

– Чего же?! – закричала Клара. – Говорите!

– Он ждёт «Арион»! – крикнул в ответ Полковник. – До войны, до постройки нового порта, здесь могли швартоваться большие корабли. Наверняка барк приплыл именно сюда! И здесь Ноэль впервые сошёл на берег в Южной Пристани!

– Да, – Лазарь Моисеевич вытер лицо. – Похоже на правду! Но зачем, скажите, пожалуйста?

– Не знаю!