Читаем Неизведанные земли. Колумб полностью

В то же время, сознавая приближение смерти, он смирился. На полях заключительной страницы своего сборника пророчеств он написал, вероятно в последние месяцы своей жизни, длинное стихотворение, относящееся к самому себе. Он так и не закончил переписывать его набело[433]. Написанное в форме баллады и нравоучительное по содержанию, стихотворение напоминает популярный при дворе Фердинанда и Изабеллы жанр нравственной философии в стихах, на котором специализировались писатели из числа францисканцев[434]. Его квиетизм[435], стремление к достижению божественного спокойствия нарушается некоторыми излюбленными навязчивыми идеями Колумба – злобой его врагов, сведением счетов с «Кесарем»[436]. Каждый стих начинается с латинского термина; прочитанные последовательно, они составляют предложение: Memorare novissima tua et in aeternum non peccabis. В Средние века это изречение связывалось с образом святого Иеронима и понималось как призыв к покаянию: его можно перевести как «Во всех делах помни о конце твоем, и ты никогда не согрешишь». Для Колумба эта фраза в контексте несет иной, торжествующий и самодовольный смысл, который я попытался донести в переводе того, что фактически является эпитафией самого Колумба. Термины, первоначально написанные на латыни, пишутся с заглавной буквы. Они образуют то, что для автора было изречением, относящимся непосредственно к нему самому. Все стихотворение выражает настроение, с каким Колумб приближался к своему концу: