Читаем Не сотвори себе кумира полностью

Тренер сборной СССР Якушин после проигрыша в Будапеште (0:2) говорил о том, что игра защитников его удовлетворила. Это заявление кое-кому казалось странным, если вспомнить об исходе матча. Однако и Якушин имел свой резон. Планируя действия сборной СССР в Будапеште, он не мог не понимать, что соперники советской команды, играя первый четвертьфинальный матч на своем поле, сделают ставку на нападение. Тем более что примат форвардов является традиционным отличием венгерского футбола. В атакующем ключе играет обычно и венгерская полузащита. Спрашивается, мог ли Якушин рассчитывать на то, что за девяносто минут венгерским форвардам и полузащитникам не удастся ни разу пробить по воротам? Надеяться на это, конечно, было бы легкомыслием. Но нельзя ли свести число таких ударов до какого-то минимума, скажем, до пяти-семи, и притом с позиций не безусловно голевых? Эта задача представлялась, вероятно, Якушину посильной — и она действительно была выполнена защитниками сборной СССР. Что касается «неизбежных» пяти-семи ударов, то, чтобы их взять, отразить, — на то у команды и вратарь! Причем вратарь способный, техничный, хорошо сыгранный с защитой, — Пшеничников.

Хозяева атакуют, гости обороняются и по возможности контратакуют — такова формула едва ли не всех матчей Кубка европейских чемпионов, Кубка кубков, Кубка УЕФА, классификационных игр чемпионата мира, а теперь и — вплоть до полуфиналов — чемпионатов Европы. Стратегия такого рода как бы запрограммирована самими условиями названных турниров. Порою она находит свое отражение даже в том, что, выиграв первый матч на чужом поле, команды затем откровенно «бетонируют» дома, понимая, что соперники в своем стремлении отыграться пойдут ва-банк. Те, кто видел второй полуфинальный матч Кубка европейских чемпионов 1968 года «Бенфика» — «Сент-Этьен» (первый на чужом поле выиграли португальцы), помнят, наверное, что в оборонительных рядах своей команды постоянно фигурировал... Эйсебио! В сугубо оборонительном ключе, лишь изредка отвечая контратаками, провели в том же розыгрыше повторный матч с обладателем Кубка чемпионов «Селтиком» и киевские динамовцы.

Однако и меняя тактику в зависимости от конъюнктуры, команды обычно окончательно не теряют своего лица: стоит лишь удачно сложиться обстоятельствам — и оно тотчас проступает наружу. Так было и в обоих матчах СССР — Венгрия 1968 года, где острой, техничной, стремящейся к подавляющему контролю мяча и взрывной атаке ворот венгерской команде противостояла наша команда с монолитной защитой и тройкой сильных игроков нападения. И хоть Якушин остался недоволен игрой нападающих в первом матче, вряд ли все-таки они сыграли намного ниже своих возможностей. Тем более что центрфорвард Стрельцов, сочетавший в тот период обычно в своем клубе, московском «Торпедо», непосредственную атаку ворот с дирижированием, получил на сей раз (вероятно, в расчете на сюрприз для соперников) роль остро выдвинутого вперед тарана, в каковой игрывал разве что в юности. Да и вообще нельзя превращать в драму каждый неудачный удар форварда. Несколько раз наши нападающие опасно угрожали воротам венгерской сборной, которые прекрасно защищал вратарь Фатер.

Обе команды к тому же досконально знали друг друга. Серьезно, без сомнения, подготовились и издавна, так сказать, противоборствующие пары. Как вдруг накануне матча прихварывает Пшеничников. Вот это уже действительно драма, хотя формально в запасе у сборной — первоклассный вратарь Кавазашвили. Но он совершенно не сыгран с защитой. Когда Пшеничников заболел, лучше всего, конечно, было бы вызвать из Москвы Яшина самолетом. Лучший вратарь мира, даже отсутствуя длительное время в сборной, мог надежно сыграть и экспромтом (прежде всего потому, что он сам руководит игрой защиты, а кроме того, эта линия обороны взаимодействовала с ним не раз). Но вызвать Яшина было невозможно. Его имя не значилось в заявке.

В ворота стал Кавазашвили — и пропустил два мяча, которые должен был, казалось, при своем классе игры отразить спокойно и четко. Тем не менее, учитывая сказанное выше, в этих голах вряд ли можно винить одного Кавазашвили. Говоря впоследствии о хорошей игре защитников, Якушин, разумеется, исключал вратаря, но если уж идет речь об ошибках стража ворот, то в данном случае рядом с ними надо поставить и ошибку тренера. Разве он не должен был предвидеть возможность выхода из строя основного вратаря (и до начала игр, и в их ходе), а следовательно, и наиграть с защитой запасного? Способствовать же этому могло присутствие Кавазашвили хоть изредка в воротах сборной. Между тем в 1968 году до матча с Венгрией в воротах сборной СССР он не стоял ни разу.