Читаем Не сдавайся полностью

А потом храбрость Шер прорвалась сквозь ту крепость, которую она имела все основания воздвигнуть вокруг себя. И проснувшись тем утром, она посмотрела на Гаррета своим взглядом, прикоснулась, прижалась губами к его шее и коснулась его рта. И все мысли о Мие отошли в сторону.

Шер пришлось нелегко, и даже за двадцать лет службы в полиции он не видел никого, кого бы жизнь потрепала так сильно, как ее.

Но ей не потребовалось и недели, чтобы прорваться сквозь стены, которые она возвела для защиты своего сердца, и начать впускать его. Все пошло наперекосяк, но она все равно решилась.

Не восемь лет.

Даже не неделя.

Это было все, что нужно Мерри.

Он поднял фотографию, разорвал ее пополам, на четвертинки, на восьмушки, затем подошел к мусорному ведру и выбросил кусочки.

После этого он подошел к холодильнику, чтобы взять пиво, а затем сел на диван и включил телевизор.

Сегодня был вторник.

Завтра была среда.

Значит, прошла неделя.

Время Шер вышло.

* * *

Итан

Утро среды

Телефон его мамы пиликнул.

Он подошел к нему и увидел сообщение от бабушки, в котором говорилось, что им нужно определиться со временем семейного ужина.

Он открыл рот, чтобы крикнуть маме, одновременно вводя пароль и переходя к сообщениям.

Но перейдя в меню, он закрыл рот.

Среди сообщений был текст от Мерри.

Мерри — классный парень, коп, плохиш — не такой, конечно, плохой, как Кэл, но все равно крутой, который сможет предотвратить все плохое, что случится с его мамой. Крутой парень, полицейский-злодей, который выглядел вполне естественно, держа маму за руку.

Он знал, что не должен этого делать, но ничего не мог с собой поделать.

Он коснулся строки с именем Мерри. И прочитал сообщение, прокручивая его. И

глаза его заслезились от непонимания.

«Говорила с Райкером. Его проинструктировал Таннер. Он занимается делами церковной дамочки».

«Это значит, что ты нарушил данное мне обещание. Ты пообещал мне прямо в лицо. Ты солгал».

«Ты знаешь, что это значит, Мерри. Ты поделился моими делами. Это значит, что между нами все кончено во всех смыслах».

«Все кончено».

Между ними все кончено?

Между его мамой и Мерри было что-то, с чем можно было покончить?

Она сказала ему, что между ними ничего нет.

Но она не сказала правды.

Она защищала его.

Снова.

Итан почувствовал, как сильно забилось его сердце.

Среди сообщений было и то, которое мама так и не отправила.

«Я разрушила нас, малыш, и мне чертовски жаль».

Она назвала Мерри малышом. Она вообще никого не называла малышом, если только человек ужасно ей не нравился.

Там было написано: «Я разрушила нас».

У его мамы и Мерри было «мы».

И они ссорились.

— Малыш! Ты хочешь картофельные оладьи на завтрак или как? — позвала его мама.

И она направлялась в его сторону.

Итан прикусил губу.

Затем нажал кнопку «Отправить». И очень быстро набрал: «Не пиши. Если простишь, приходи ко мне». И тут же отправил.

Затем очень быстро перешел к бабушкиным сообщениям, как раз когда мама вышла из кухни.

Высунувшись, он помахал ей телефоном.

— Бабушка хочет, чтобы мы запланировали семейный ужин.

— Я займусь этим сразу после того, как мы вернемся из Вашингтона с ужина, который президент и первая леди устраивают в нашу честь.

Итан разразился смехом.

Его мама была очень смешной.

И из-за этого, а также из-за всего остального, что было в его маме, Мерри приедет. Итан знал это.

Не будет никаких смс. Мерри был похож на Колта. Он был настоящим парнем. Итан был уверен, что он не играет в игры. Итан знал это потому, что Мерри не стал шутить, когда беспокоился о том парне, который бегал с оружием по их району. Даже если его мама пыталась вести себя спокойно ради сына, Мерри не отходил от него ни на шаг, чтобы присматривать за Итаном и его мамой. Итан знал, что Мерри не станет тратить время попусту. Особенно в таких важных вещах.

И особенно, когда дело касалось его мамы.

Они поговорят. И помирятся. Его мама могла быть упрямой, но Мерри сумеет переломить ситуацию.

Они считали его ребенком. Думали, что он ничего не видит. И не слышит.

Но он видел. Слышал. Он наблюдал, потому что чувствовал, что все так и должно быть, и ему было приятно находиться рядом с ними.

Иногда Феб тоже могла быть упрямой, но Колт прорывался. Так же как с Вай Кэл всегда находил выход. Рокки была полна задора — она была сестрой Мерри, так что он знал об этом все — и Таннер всегда считал это забавным, а когда он смеялся над ней, Рокки не раздражалась. Ее лицо становилось таким мягким, словно она любила его еще больше, потому что ее поведение заставляло его смеяться.

Мама Итана была очень забавной. Она постоянно смешила Мерри.