Читаем Не мой Ромео полностью

Уйти с работы – нет, это такая нелепость, что я хохочу в голос.

Бабушка посоветовала бы мне принять предложение. Она всегда поощряла мои идеи, подбивала уехать из Дейзи, посмотреть мир. Когда мама обиделась, что я не возвращаюсь в Дейзи после окончания Университета Нью-Йорка, бабушка устроила мне вечеринку в честь поступления на работу в нью-йоркское издательство. Она одобрила мое путешествие по Европе в одиночку. Она считала, что сумела заразить меня своей непоседливостью и непокорностью.

Я отмахиваюсь от воспоминаний, ставлю на столик стакан с виски и достаю записку Джека, чтобы погладить пальцем кривые строчки.

Я оставила его стоять под дождем.

Я скупо улыбаюсь. Не каждая способна удрать от самого горячего мужчины в своей жизни.

Любопытно, как он поступит теперь.

Когда мужчины вроде Джека чего-то хотят, то дух конкуренции превращает это в цель и гонит их неуклонно идти к победе. Так я поняла слова Девона.

Поглядим…

* * *

Меня будит звонок. Я чертыхаюсь.

Ромео, спящий у меня под боком, тычется пятачком мне в руку и жалобно хрюкает, когда я тянусь за телефоном.

– Подъем, подъем!

Я встречаю ее натужную бодрость стоном.

– Мама, сейчас всего восемь утра!

– И к тому же воскресенье. Две недели назад ты обещала мне пойти сегодня в церковь.

– Тише! – Я вытягиваюсь в постели. – Неужели обещала? – Я морщу нос, смутно припоминая ее занудство в салоне Cut‘N’Curl, куда я заглянула немного постричься.

– Судя по голосу, у тебя похмелье. Учти, пьянство губит душу.

Зачем тогда бабушка оставила мне запас дорогого виски?

– Немного вина не в счет, мама. Просто поздно вернулась. Почему надо идти в церковь именно сегодня?

– Это не твоя забота, милая. Обещания надо выполнять, вот и все.

– У меня уйма дел по дому. – Я действительно хочу прибраться, а еще порисовать. Уик-энд выдался хлопотный, совсем не было времени подумать.

– Бог глух к оправданиям.

А еще ОН не танцует часами и не дает от ворот поворот знаменитым квотербекам.

Я вздыхаю.

– Оденься получше: блейзер, юбочка…

– Что ты затеяла, мама?

– Никаких затей. Мы с тетей Кларой ждем тебя в девять. Пойдем в церковь втроем.

– «Женская банда Дейзи»?

– Не знаю, о чем ты. Это все ваши с Кларой выдумки. Не забудь контактные линзы. Слегка накраситься тоже не помешает.

Я чую подвох. Оденусь так, что чертям тошно станет, и пусть не жалуется!

– Ты так и не сказала мне, как все прошло с тем синоптиком…

– Никак.

Мама молчит. Представляю ее сидящей в гостиной солидного кирпичного особняка на другом конце города – в нескольких кварталах отсюда. Она силится понять, почему я отвечаю так скупо. Сейчас мама, наверное, встала, стучит каблуками, допивает кофе, уже одетая, готовая к походу в церковь. Держу пари, после раннего пробуждения она успела навести чистоту во всем доме.

– Это только к лучшему, он никогда мне не нравился. Вечно он обещает снег, который никогда не выпадает. Ты достойна лучшего.

– Правильно.

– Слышала, в школе в этом семестре новый тренер по баскетболу? Бретт Синклер, милый юноша. Вы вместе учились. Он женился на девушке из Лос-Анджелеса, певице. Сама знаешь, певицы – дикарки. Никто не удивлен. Детей у них нет. Если не выйдет с проповедником…

Я соскакиваю с кровати, отшвыриваю одеяло.

– Проповедник? Только не это, мама! Пощади!

– Елена Мишель, я пока что твоя мать. Ты обещала прийти. Это его первая воскресная служба. Сама знаешь, я хочу немногого: чтобы скамьи заполнились и чтобы он почувствовал, что ему рады. Я поддерживаю церковь, не более того.

Это очень мягко сказано. По средам она ведет женский библейский кружок. Каждый день возит еду старикам и больным, которые не могут выйти из дома. Шефствует над городским женским приютом.

И это еще не все.

Черт побери!

– Что ты сказала?

Наверное, я выругалась вслух.

– Ничего, споткнулась, ничего особенного.

Она вздыхает.

– Знаю, Тофер уже рассказал тебе про Престона и Жизель. Их там не будет. Они поехали в Миссисипи, знакомить Жизель с семьей Престона. Прости, дорогая. Ты найдешь кого-нибудь гораздо более…

– Для счастья мне не нужен мужчина!

– Ну-ну… Встречаемся в девять. Приоденься. До встречи!

– Мама…

Но она кладет трубку.

Черт! У меня всего час.

Я смотрю на Ромео, и мне кажется, что он ухмыляется.

– Предатель. – Я чешу ему пятачок. Он в моей матери души не чает.

Увидев на полу свои кожаные штаны, я фыркаю. Изрезать их я не решилась, хотя была близка к этому, проведя час в Гугле в поиске материалов о Джеке Хоуке, а потом скачав ту самую мерзкую книгу о нем. Меня хватило только на первую главу. По уверениям автора, Софии Блейн, они познакомились на вечеринке после матча и моментально друг в друга влюбились; где ей было знать, что он окажется пьяницей и драчуном. Уверена, в следующих главах она подробно рассказывает об этих его «достоинствах», только у меня не хватит духу все это читать. Ее книгу опубликовало то самое издательство, где я раньше работала, – какая гадость!

Я подбираю с пола штаны и смотрю на Ромео.

– Мамино счастье, что они напрочь испорчены дождем, иначе я бы не задумываясь их натянула.

Ромео прячет голову под одеяло.

Вот именно.

* * *