Читаем Не дыши! полностью

Сейчас невозможно переоценить мастерство Ванессы. Voyager и главные люди в Команде ждали этого момента на Кубе все лето. Но четыре корабля-эскорта прибывают непосредственно в момент X. Капитаны лодок промышляют рыболовством и экскурсиями вдоль побережья. Они не могут сидеть и ждать погоды, как мы. В поиске нужных людей Ванесса носилась по всему побережью каждый раз, когда мы объявляли желтый уровень готовности. Плюс таможня Америки. Когда нам стоит поторопиться, пограничники отказываются нас понимать. Не слушают разговоры про «какие-то окна». Полученные лицензии из округа Колумбии и Гаваны позволяют нам беспрепятственно пересечь кубинскую границу. Но местные власти в Гаване не пропустят нас без списка членов экипажа и списка судов. Красная готовность. Ванесса пытается сплотить людей нашей флотилии по пути на Кубу.

Мы быстро даем пресс-конференцию. Поверхностно обсуждаем предстоящее с Командой.

Марк напоминает, что это не первая наша попытка. «Просто делайте свою работу. Покажите лучший результат. Каждый из нас – настоящий профессионал своего дела. Не берите на себя чужих обязанностей».

Бонни говорит, что сейчас не время быть наивными. Не стоит зацикливаться на том, как далеко мы продвинемся сейчас. Мы можем испытывать щенячий восторг, смотря на показатель GPS. Но мы в полной власти Матери-природы. Только она решает, как далеко мы зайдем на этот раз. Поднимите головы от навигационных систем. Смотрите прямо. Оставьте Бартлетта в покое.

Я обращаюсь к своей Команде:

– Мы готовы. Я горжусь вами. И я завишу от вас. Мы не сломались после первой неудачи. Каждый из вас изучил свою область как самый прилежный зубрила. Я благодарю вас за терпение. Многие забыли о себе, о семьях, о собственных мечтах, чтобы попасть в историю. Я обещаю всем вам, что не подведу вас. Меня переполняют желание действовать, смелость, настойчивость. Я готова отдать вам все, что у меня есть. Следующие два дня я хочу получить такую же отдачу и от вас. Каждый из вас важен мне. Каждый незаменим. Как сказал Марк, занимайтесь своим делом. Вы умны. Будьте сосредоточенны. Мне необходимы 200 % каждого из вас. Я сделаю все, на что способна и даже больше. ВПЕРЕД!

Команда рявкает в ответ:

– Только вперед!

Тогда я еще не знала, что Бартлетт на протяжении всего пути был недоволен течениями. Гольфстрим отказывается сотрудничать с нами. Он движется на восток, устремляясь юго-восточнее. Самое ужасное для нас. В дополнение к этому Гольфстрим не создает противоток на западе. Очевидно, что столкновение с восточными течениями неизбежно, и на протяжении всего заплыва я буду плыть противоходом. Идея изменения курса в сторону севера отвергнута Штурманом. Он совещается с Бонни, Марком и Ди. Я наблюдаю за ними из окна своего номера. По их сгорбленным спинам и заговорщицкому виду я понимаю, что у нас проблемы.

Бартлетт чувствует себя никчемным. Он понимает, что если расскажет мне, я все равно поплыву. Я не смогу дождаться следующего погодного окна. В Гаване собрались все. Мы просто должны. Вернуться во Флориду означает заново начинать выколачивать разрешения и лицензии. Я не хочу говорить об этом. Я не должна ничего знать. Время отплытия – завтра, после восхода солнца. Бартлетт доходит до точки кипения.

Время окна уменьшается. Мне сообщают новый прогноз: штормы не на четвертый день, а на третий. Целый день. Планы меняются. Никто не собирается гадать на кофейной гуще. Мы выходим сегодня. 17 августа 2012 года, 15.43. Я прыгаю со скалы в воду.

Конечно же, течения возле кубинского берега моментально относят меня на запад. 15 часов я плыву на запад, без возможности сопротивления и любого движения хотя бы на север. Меня охватывает уныние. Каждый прием пищи я оглядываюсь на Гавану и понимаю, что мы вообще не отдаляемся от кубинской пристани. В первые ночные часы ненавистные мне в данный момент огни столицы все еще рядом. Как будто мы сели на мель.

Я надеваю противомедузную экипировку. Костюм, перчатки, носки, толстовка с капюшоном, клейкая лента. Энджел просит Бонни смазать мой рот гелем. Он – единственное мое слабое место сейчас. Неприятно, когда чужая рука касается моего рта, затем защитных очков. Я ничего не могу с этим сделать. Натягиваю свою шапку ниже ушей. Липкие руки делают ее тоже липкой, скользкой, омерзительной. Кепка соскальзывает, оставляя мой затылок голым.

Через несколько часов я чувствую боль от укуса на правой лодыжке. НИЧЕГО СЕБЕ! Просто поразительно. Большое упущение. Я стискиваю зубы, сдерживаю боль. Для этого пришлось остановиться. Я вижу, как Бонни отчитывает Энджел. Я поднимаю правую ногу на воздух. Чтобы они увидели – там отклеилась лента. Видна полоска кожи. Энджел подзывает меня к себе, умоляя минуту подержать ногу на весу. Я балансирую с помощью рук. Я абсолютно утомлена. Мне трудно дышать. Она втирает «Жалостоп» в место укуса. Они заклеивают мне ногу заново.