Парижская семья удочерила ее. В первый же день с ними приемная мама увела девочку в сад, взяла на руки и осторожно сказала, что все пройдет и будет легче, если она расскажет о случившемся. Она и понятия не имела, что услышит через мгновение. Эта маленькая девочка рассказала все в подробностях. Тогда приемная мать ответила ей следующее:

«Ты не сможешь забыть все это. Никогда. Я не смогу заменить тебе маму. Не смогу. Но поверь, наш мир прекрасен. Люди в основном добрые и любящие. Ты проживешь замечательную жизнь. Возьми эти воспоминания и похорони их в укромных уголках твоей души. Завтра ты впервые проснешься в твоем новом доме, здесь, с нами. Завтра утром проснется не маленькая, беззащитная, подвергшаяся пыткам девочка. Завтра утром проснется настоящий человек мира, которого ждет прекрасная счастливая жизнь».

Тем вечером в шумном ресторане эта нежная женщина и ее непостижимая история вдохновили меня на новое важное открытие. И теперь я скольжу по лазурным волнам Карибского моря, взлетая от радости, наполняясь благодарностью за свою драгоценную жизнь. Меня переполняет сила этой женщины и сила человеческого духа в целом. Я больше не озлобленна, незрела и не живу ужасными воспоминаниями. Я в прямом смысле купаюсь в счастье, плавая в океане.

Все верно. В 60 лет я отпустила гнев, и в этом мне помог спорт. Моя жизнь начиналась заново.

И в конце мая стартовал отсчет готовности. Шесть длинных заплывов: три в Мексике и три на Сен-Мартене. Аналогия с обратным отсчетом применима в каждом длительном заплыве. Если вы должны плыть 17 часов, вы не позволяете себе воображать, что будет, когда наступит 15-й час, особенно если вы плывете всего несколько часов. Вы должны сознательно помешать себе заглядывать в будущее. У вас есть только этот час, единственный час. На полпути, через восемь с половиной часов, только дурак будет праздновать свой успех. Нет никакой гарантии, что вторая половина пути будет похожа на первую. Но когда конец близок, остались последние часы, вы чувствуете легкость и гордитесь собой, тем, что выдержали. Только теперь можно позволить усталому сознанию испытать эмоции.

Так же контролировать себя приходится весь период тренировок. В первые месяцы вы должны подойти к ним серьезно, просто делать свое дело, не отвлекаться и не жаловаться. Главное: не думать, что вас ждет. Пройдя половину пути в марте или в апреле, ничего не предполагайте. Только в конце мая позвольте себе немного гордиться тем, что вы совершили. Вы сделали это, не обращая внимания на боль, и не отступили. Какое облегчение.

Если я вижу, как плачут спортсмены, победившие в Суперкубке американского футбола, как еле сдерживают слезы золотые олимпийцы, то я понимаю, что причина не в том, что им достались очередной кубок или медаль. Они прошли весь путь, от начала до конца, и не могут сдержать эмоций. Вынести все часы простуды, боли от незаживающих ран – значит наполнить свою жизнь великим смыслом.

В начале июня состоялся мой последний тренировочный заплыв на острове. Я проглотила последнюю нелюбимую овсянку, затем, поеживаясь, разделась на пристани. Мне предстояли 15 часов непрерывного плавания, после которых у меня должны были остаться силы на воображаемые 45 часов. Они стали реальностью, я сделала это. Я вспомнила все 10 месяцев безостановочной работы. Мечта снова овладела мной после всех этих лет сожалений о том, что пришлось оставить ее.

Совсем недавно я падала в обморок после нескольких часов в бассейне. Я думала об этих замечательных людях – Бонни, Тиме, Майе, Дэвиде, Кэти Лоретте, – обо всем, что они сделали для меня. На последней остановке для принятия пищи, в девять вечера, мы обнаружили рядом с нами пришвартованное парусное судно и разговорились с капитаном. Он сказал, как видел еще одну женщину, вплавь покидавшую гавань на рассвете. Затем он поинтересовался, соревновалась ли я с ней? Когда Дэвид ответил, что той женщиной была я, сутки плавающая вокруг острова, он воскликнул: «Не может такого быть!»

На палубе Бонни засвистела и замахала обеими руками. Сделано! Мой небольшой отряд выкрикивал поздравления, а я перевернулась на спину и зарыдала.

Глава 17

Первое лето в Ки-Уэсте

Обычно участники экспедиции изолируют себя в каком-нибудь небольшом городе на время организации и ожидания идеальных условий. Например, альпинисты Эвереста отсиживаются в Катманду, Непал. Для нас таким местом был Ки-Уэст, и я не могу вообразить более красочного и очаровательного уголка на земном шаре, пригодного, чтобы провести там несколько недель ожидания. Это наша собственная версия непальской деревушки.

Схождение с самолета на небольшое гудронированное шоссе Ки-Уэста вместе с Бонни, готовой уладить любые проблемы с нашим тренировочным лагерем, объединить Команду Экспедиции и получить кубинские и американские лицензии. На моих плечах лежала тяжесть этого сложного года, испытывавшего меня. Идя по этому кое-где потрескавшемуся асфальту, я чувствовала так, словно я прохожу сквозь кирпичную стену.