Читаем Навыворот полностью

меня не любят в поэт-тусовках,так как я не рублю сплеча.у меня про любовь, про нотки,цвета-чувства – но не про палача.я не пишу сильно, мерзко, уныло —так за что им меня любить?я не пишу смешно ли, дерзко-правдиво ли —"нельзя помиловать, точно казнить".да и я, вам сказать, не люблю их —не любя пёстрость форм и блеф.не хочу делать паблик – миллионником,оформлять сборник фоткой, где "попа – орех".я хочу поэтично помучиться,отгореть, не оставив след.может быть, однажды кто-то научитсяпонимать мой безликий цвет.03.10.2018

* * *

…Олег пошутил с полуулыбкой: "Вера, ты такая неВЕРоятная!"

Вера отвечает: "Хах, остроумие просто блещет! Давно не слыхала сто-о-о-оль уморительных шуток, ей-богу, Олежа!"


Олеже 19 лет, Вера – его одногруппница в университете – ей 20, она "вся такая необычная" и ужасная зазнайка. То есть, они давно знакомы – вообще-то они живут в одном подъезде с детства, а их родители не то чтобы дружат, но вполне неплохо отзываются друг о друге, например, при сборе денег на капитальный ремонт в подъезде.

Просто из-за Вериного характера и вечного зависания "на своей Луне" она совсем не замечала Олега, пока у него не начал ломаться голос, и то только потому, что с прорвавшимся из груди настоящим мужским басом её старый знакомый выглядел так неестественно!

А Вера всегда тянулась ко всему гармоничному. Сколько Олег её знает.


По Вере никогда не скажешь с уверенностью, сколько ей лет: детское лицо с острым подбородочком и веснушками, светлые волосы – всегда одуванчиком вокруг лица. А глаза – всегда какие-то сердитые, уставшие, замученные, даже когда она улыбается. Эта деталь всегда смущает незнакомцев, потому что обращение и на «вы», и на «ты» смотрится как-то поддельно и ненормально – в равной степени.


Все называют её просто Вера.

"Вера, вы так очаровательны в этом жёлтом платье!" – говорит ей очередной ухажёр в дорогом ресторане.

"Вера, ты такая поехавшая!" – говорит ей лучшая подруга.

"Вера, ты такая невероятная!" – из года в год острит одной и той же тупой шуткой Олег.


Вера для Олега – тот уникальный человек, который понятен на сто процентов, вызывая в ту же секунду тысячу вопросов. Которого вроде знаешь как облупленного, но в то же время никогда не понимаешь, что у него на уме. Из года в год так: то он восхищается тем, как они синхронно говорят, вспоминают что-то, как она подхватывает его мысль с полуслова, или как он без слов понимает её – то в следующую секунду он опять не понимает, как далеко в себя она ушла, почему она вообще уходит в себя от него и, напоследок, почему она так любит делать себе больно.


Почему бы ей просто не быть с ним, например?


Вера идёт с лучшей подругой Маринкой по улице и, легко перепрыгивая забор, следом показывает подруге язык. Нормально погулять по городу с Верой невозможно, но Марина привыкла – зато только с Верой собственные маленькие демоны, закрытые за панцирем ответственности и примерного поведения, робко выглядывают наружу.


Марина давно уже знает, но не говорит Вере, что Олег в неё влюблён. Марина не может предать как собственные чувства к Олегу, которым не меньше лет, чем дружбе с Верой, так и не может лишний раз порадовать единственно близкую подругу – у неё и так слишком много поклонников. Бедный Олежа…


Олега всегда пугали в Марине пристальный взгляд почти чёрных глаз и каштановые волны волос – те, кто считают, что ведьмы рыжие и зеленоглазые, просто не видели "тихоню Марину".

Вот Вера… Вера другая, взгляд у неё хоть и грустный всегда, но такой нежный. Она не скрывает ребячества в себе, как и не скрывает свою разочарованность в мире, когда рассказывает ему о своих ухажёрах, когда рассказывает ему о том, как хорошо всегда в книгах и как плохо в жизни. Иногда складывается впечатление, что Вера хочет казаться умнее, чем она есть, даже перед Олегом. Тем более перед ним…


Вера не «невероятная», а «невыносимая» – придёт к такому выводу спустя пару лет Олег.

Взгляд Марины станет немного проще. А когда он позовёт гулять её один на один, без Веры – глаза Марины станут даже удивительно счастливыми.


Вера однажды случайно или на спор (никто не знает точно) выйдет замуж за очередного богатого ухажёра, с которым познакомится на выставке… или на какой-то богемной вечеринке… или ещё где-то. Она начнёт выпрямлять и «бальзамировать» лаком свои кудрявые волосы.


Однажды Вера пополнит "клуб 27" – в том самом ярко-жёлтом платье, которое однажды подобрали они вместе с Олегом и Мариной.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное