Читаем Nathan Bedford Forrest полностью

Человек, который всегда ценил лошадей и прекрасно заботился о них, Форрест, вероятно, поступал так же и со своими рабами, если это не мешало ему получать прибыль, и не без оснований. Воспитанный в условиях лишений, он рано научился максимально использовать ресурсы и ненавидеть расточительство. Обращаться с рабом плохо, делая его или ее неспособным выполнять желаемую роль с оптимальной эффективностью, было глупо. Должно быть, он приобрел множество рабов так, как другие проницательные торговцы с незапамятных времен приобретали скот: покупали их у небогатых хозяев в плохом состоянии, хорошо кормили и продавали более богатым хозяевам в состоянии не только лучшем, но и более выгодном.

В числе продаж, зафиксированных им в Мемфисе в 1854 году, есть один ребенок младше десяти лет, проданный независимо от родителей; они также свидетельствуют о создании еще одного партнерства. В ноябре новая фирма Н. Б. Форрест и Джосайя Мейплз продала Лавинии и Лемюэлю Смиту за 600 долларов "следующую рабыню, а именно: Пейдж, девочка в возрасте около девяти лет, здоровая телом и умом, чтобы иметь и держать эту рабыню для упомянутого Лемла. Смиту, его душеприказчикам и т.д. навсегда....".16

Однако 1854 год не был годом сплошных благословений. По крайней мере, в семье произошла одна неприятность. 26 июня, согласно записи в книге регистрации смертей округа, шестилетняя Фанни Форрест умерла от "дизентерии". В газете Memphis Daily Appeal от 4 июля следующего года ее смерть была названа одной из семнадцати смертей в Мемфисе за неделю, закончившуюся 1 июля. Причиной ее смерти была названа "болезнь[,] флюс".

Ее отец, которого отличала любовь к детям, не мог найти утешения в замечаниях У. Дж. Така, секретаря городского совета по здравоохранению, приложенных к списку умерших: "У нас здесь нет эпидемии, наш город необычайно здоров для сезона года....".17

6

В их негритянской лавке постоянно находится лучший ассортимент негритянских рабочих, прислуги и механиков, который только можно найти в городе. Они ежедневно получают из Вирджинии, Кентукки и Миссури свежие партии молодых негров. Негры продаются на комиссионных, и за хорошее поголовье всегда платится самая высокая рыночная цена. Их тюрьма способна вместить три сотни человек, а по комфорту, опрятности и безопасности она лучше всех в Союзе. Лица, желающие приобрести товар, приглашаются осмотреть их запасы, прежде чем покупать в других местах. В настоящее время у них под рукой пятьдесят молодых негров, среди которых есть полевые рабочие, механики, домашние и телесные слуги и т. д.

Бизнес в Мемфисе, очевидно, быстро расцвел, поскольку вся страница 251 городского справочника Мемфиса 1855 года использована для этого объявления о партнерстве Форреста с Джосайей Мейплзом. В том же справочнике указано, что Форрест начал привлекать к работе своих братьев и что комплекс на Адамс-стрит был разделен на офис по торговле рабами и семейную резиденцию. В издании перечислены два Форреста: младший брат владельца Аарон - "А.Х., клерк, 87 Адамс", который проживал в доме 85 Адамс, и "Н.Б., работорговец, 87 Адамс", проживавший в доме 85 Адамс.1

О прибыльности торговли в ту эпоху, когда цены на рабов на растущем Юго-Западе быстро росли, свидетельствует доход от двухнедельного вложения "Форрест и Мейплз" в трех рабов - "Эллик в возрасте 30 лет, Рита в возрасте 40 лет + ее ребенок Эллик 6 лет", - купленных у мисс С. И. Стейли 16 октября 1854 года за 1450 долларов. 2 ноября фирма продала то же самое трио - на этот раз в записях Регистра округа Шелби оно значится как "Эллик в возрасте 33 лет, Риттер в возрасте 38 лет, Эллик-младший 5 лет" - Сэму Тейту за 1600 долларов. Такая прибыль (более 10 процентов за семнадцать дней) была обычным делом, что стало возможным благодаря экономической ситуации того времени и места. Масштабная сельскохозяйственная деятельность в недавно заселенных Миссисипи, Луизиане, Арканзасе и Техасе была настолько бешеной, что рабочая сила для ее обеспечения была в дефиците. Дефицит был настолько явным, что южане вели серьезную и постоянную агитацию за возобновление торговли африканскими рабами, которая была закрыта федеральным законом в 1808 году. Владение неграми становилось все более выгодным, и большинство южан, которые могли себе это позволить, покупали их как можно больше.2