Читаем Наше море полностью

Огонь пожара осветил еще ярче пляжную полосу, где высаживался десант. Почти одновременно с взрывом катера 051 минометный залп лег по правому борту у катера Флейшера. Завизжали осколки, и возле пулемета упал смертельно раненный парторг Митрофан Синельников. Его перенесли в штурманскую рубку. Флейшер, оставив на мостике помощника, быстро сошел вниз. Синельников был без сознания. Его ранило в голову, из перебитой сонной артерии непрерывно шла кровь.

Флейшер, первым высадив десант, отошел от берега, маневрировал и вел огонь по батареям и прожекторам противника. Он видел, как рядом с горящим катером 051 пытался высадить десант катер 091, но не знал, что еще до подхода катера к берегу в него попал снаряд и были тяжело [59] ранены командир старший лейтенант Москалюк и его помощник Лыскин. Большие потери были среди личного состава катера и десантников.

Жестокий огонь обрушился и на катер 0141, он получил пробоину в борту, но успел уже уткнуться носом в песчаный пляж. Высадкой руководили командир Петр Шевкунов и его помощник Сергей Коренев. Боцман Яковлев выделил в помощь десантникам старшин 2‑й статьи Кочергина и Сухова. Одетые в прорезиненные костюмы, они первыми спрыгнули в воду, приняли сходню и удерживали ее на руках, так как она не доставала до берега. Бойцы десанта с оружием в руках устремились на берег.

Катер своим огнем поддерживал высадку. При свете залпов и разрывов снарядов боцман Яковлев заметил немецких солдат, сидевших под скалой. Они вели огонь из пулемета по катеру. Командир носовой пушки старшина 2‑й статьи Котовский, которому Яковлев сообщил об этом, прямой наводкой разметал эту огневую точку.

Боцман Яковлев, быстро осмотрев помещения, доложил командиру, что все десантники уже на берегу. И только он сошел с мостика вниз к пулемету, как возле мачты ударил крупнокалиберный снаряд. Убиты были командир старший лейтенант Петр Шевкунов и его помощник лейтенант Сергей Коренев, рулевой старший матрос Васильев и сигнальщик старшина 2‑й статьи Оснадчук. Разбит компас, поврежден штурвал, разрушена радиостанция, убит радист Орлов. Ходовая рубка горела, а катер стоял, уткнувшись носом в берег.

Рядом с мостиком катера находился и дивизионный артиллерист старший лейтенант Павел Михайлович Мохначев. Он руководил стрельбой эресов по берегу и по указанию командира отряда должен был произвести первый залп «катюш», что послужило бы сигналом для открытия огня остальных установок.

От разрыва снаряда был контужен и старший лейтенант Мохначев. Он потерял сознание. А когда очнулся, почувствовал нестерпимую боль в голове, из левого уха текла кровь, в крови была и правая рука, осколком раздробило средний палец.

Превозмогая боль, Мохначев с трудом поднялся на мостик.

Все это произошло на глазах у коммуниста боцмана Яковлева, Он бросился на полуразрушенный, залитый [60] кровью мостик, где увидел убитого командира, раненого и контуженого Мохначева, который, придя в себя, приказал Яковлеву: «Надо отходить!» Первое, что сделал Яковлев, это дал всеми тремя машинами «полный назад». Катер засасывало в песок, он задрожал и наконец очень медленно стал сползать с берега. Это спасло людей от очередного минометного залпа, но от осколков мин погибли Кочергин и Сухов, убиравшие сходни.

Боцман Яковлев попытался представить себе, как поступил бы в данной обстановке командир. «В первую очередь надо потушить пожар», — решил Яковлев. Но теперь он не мог броситься в огонь: он отвечал не только за себя и за свой боевой пост, но и за корабль, и за всех людей в целом.

— В машине! Механика наверх! — распорядился Яковлев.

Старшина группы мотористов Виктор Завадский со старшим матросом Морозовым и коком Тимофеевым водой и огнетушителями принялись гасить пожар.

Яковлев осмотрелся. Черные клубы дыма медленно сползали с катера, на мостике лежали убитые товарищи, а на разбитой и обугленной мачте не было флага. Боцман подозвал Морозова и приказал поднять Военно–морской флаг. Убитых унесли с мостика и уложили в ряд на корме. Когда катер оторвался от берега, на место убитого рулевого стал гидроакустик Солоненко.

Уже при отходе минометный залп снова лег у борта катера 0141. От осколков загорелись деревянные ящики с реактивными снарядами. Это грозило катеру неминуемой гибелью. Мохначев, как артиллерист, понимал это. Он бросился к ящикам, зная, что медлить нельзя. Погасить пламя было невозможно. С большим трудом Мохначев сбросил один ящик за борт. Ему на помощь пришли Завадский и Морозов: вместе они сбросили горящие ящики в море и тем самым спасли катер от взрыва.

Зимним холодным утром, когда солнце еще не поднялось над горами, боцман Михаил Яковлев привел поврежденный катер 0141 в Геленджик и ошвартовал его у пристани. За проявленную отвагу и мужество Яковлев был награжден орденом Красной Звезды.

Накрыт артиллерийским огнем был при высадке и сторожевой катер 041, где находился старший лейтенант Черняк, но десант он высадил.