Читаем Наша служба полностью

– Да откуда там кому-нибудь взяться? – возмутился пилот.

Прокофьев холодно ухмыльнулся и немного сдвинул пистолет в сторону пилота.

– Это вам виднее.

– Хорошо! Посмотрите сами! – Дисканец шагнул к шкафчику и резко открыл дверь. – Никого тут…

Внутри свернулось маленькое лохматое существо, похожее на большую гусеницу. Оно сонно приоткрыло один глаз и, сообразив, что его обнаружили, встрепенулось.

– Во, блин, – произнёс инопланетянин. Несмотря на маленький размер, голос у гусеницы оказался довольно громкий.

Крисп уставился на неё со смешанным выражением удивления и отвращения.

– Ты кто такой? – спросил он.

Антон отметил, что удивление в его голосе прозвучало на редкость правдоподобно.

– Я Карлито, – ответило существо.

– Ну-ка вылезай, лохматое страховидло! – брезгливо скривившись, скомандовал пилот.

– Да пошёл ты, урод! – заорала гусеница.

Дисканца затрясло.

– Что… Кто… Ты кого уродом назвал!

– Тебя, кристалятина недоделанная!

И ситуация вышла из-под контроля.

Истошно завопив, Крисп сорвал со стены сковородку и замахнулся на гусеницу.

– Я тебе покажу, как меня оскорблять! – истерически орал дисканец.

– Стоять! – скомандовал Антон, целясь в дисканца. И сообразил, что стрелять не может. Стазис настроен на среднюю массу гуманоидных рас, и если бы заряд зацепил гусеницу, то, вполне вероятно, не парализовал бы, а убил.

Прокофьев рванулся к пилоту, собираясь сбить его с ног, однако гусеница уже выпрыгнула из шкафчика. Этого не ожидали ни Антон, ни Крисп. Ещё бы, кто видел прыгающих гусениц! Они должны медленно ползать, а не скручиваться пружиной, чтобы потом взлетать покруче любого кузнечика.

Пилот дёрнулся, сделал шаг назад, и гусеница, вместо того чтобы перемахнуть через его голову, приземлилась прямо на кристаллические волосы дисканца.

Крисп истерически завопил, как модница, в один момент сломавшая все свои наманикюренные ногти, и повалился на спину, пытаясь стряхнуть гусеницу с короны, однако Карлито уже успел совершить очередной прыжок по направлению к дальней стене.

Пока Антон решал, кого ему ловить в первую очередь, дисканец вскочил, снова схватил сковородку и погнался за гусеницей, размахивая импровизированным орудием убийства и круша на своём пути что ни попадя. Однако гусеница была шустрее. Сковородка с грохотом опускалась на то место, где только что сидел Карлито, а он уже летел в следующем прыжке.

– Стоять! – кричал Прокофьев. – Брось сковородку!

– Я убью его! – орал дисканец. – Он испортил мне полировку!

– Уберите это психованное стекловище! – вопила гусеница, совершая очередной прыжок.

– Не двигаться, кому сказал! – гаркнул Антон, безуспешно пытаясь прицелиться в дисканца, пока тот неотступно следовал за гусеницей, громя подсобку.

Следующий прыжок Карлито сделал в направлении Прокофьева, пилот бросился за гусеницей, Антон наперерез.

Прокофьев со всего маху ударил дисканца плечом в грудь, и Крисп повалился на пол. Антон взял его на мушку.

– Стоять! Точнее, лежать!

– Вот именно! – заорала гусеница, спрятавшись за ботинком Антона. – Лежи, стеклятина!

– А ты молчи! – рыкнул Антон на гусеницу.

Наконец-то в каюте застыла тишина. Прокофьев перевёл дыхание. И, пытаясь скрыть торжество, сказал:

– Вы же говорили, что на корабле больше никого нет.

– Эта тварь назвала меня уродом! – оскорблённо воскликнул дисканец, проигнорировав слова Антона.

– Я тебя ещё не так назову, гирлянда нерабочая! – крикнула гусеница.

– Да помолчи ты! – снова прикрикнул на гусеницу Прокофьев. – То, что тебя украли, не позволяет оскорблять других!

– Кто украл? Вот этот? – горячо воскликнула гусеница. – Ха! Ножонки коротковаты, чтоб украсть Карлито!

Прокофьев хотел было осадить гусеницу ещё раз, но тут до него дошло услышанное.

– Погоди-ка. Тебя не украли? – Он повернулся к гусенице, не отводя стазиса от пилота. – Тогда как ты здесь оказался?

Похоже, Карлито тоже понял, что ляпнул лишнее.

– Да! Как ты здесь оказался? – заорал дисканец.

Карлито принялся потихоньку подбирать лапки, готовясь к следующему прыжку. Однако Прокофьев не дал ему второго шанса на побег. Сорвав с головы фуражку, он накрыл ею гусеницу.

– Эй ты! Выпусти меня! – тут же заверещал из-под фуражки Карлито. – То, что я заяц, не позволяет поступать так со мной! Я свои права знаю! Нигде не написано, что честного зайца можно ловить фуражкой.

Прокофьев, который наконец-то начал понимать, что всё так же далёк от нахождения пропавшего телепата, как и раньше, повернулся к дисканцу, собираясь принести тому извинения, однако пилоту уже было не до него. Крисп рассматривал в зеркальце свои кристаллы и тщательно протирал их тряпочкой.

Прокофьев сунул стазис в кобуру и осторожно вынул гусеницу из-под фуражки.

– Я забираю зайца, – сказал он, однако дисканец даже не взглянул в сторону сержанта, продолжая остервенело тереть кристаллы.

Антон пожал плечами и отправился на пост.

– …Так ты заяц? – спросил Прокофьев, разглядывая гусеницу сквозь стекло банки, которой он накрыл инопланетянина, чтобы избавиться от необходимости гоняться за ним по всему посту.

– Ага.

Антон развёл руками.