Читаем Наш Современник 2006 #1 полностью

Постоянная, нерасторжимая взаимозависимость всего сущего в природе очевидна. Кроме понятия Вернадского “биосфера” существует и такое понятие, как “психосфера”. (Его ввёл в научный обиход английский океанолог Мёррей в начале XX века, позже — у Тейяра де Шардена — оно получило название ноосфера; то есть не от слова “психо” — “душа”, а от слова “разум”. Хотя он также исходил из предположения об одухотворённости “всего живого вещества”). Не пора ли политикам мира обратить внимания на эти открытия, лежащие под спудом, чтобы соотносить свою деятельность с благом, а не с преступным для Земли злом?

Говорить сегодня об отдельно взятом загрязнённом водоёме планеты уже поздно: нужна новая философия выживания — философия исправления чудовищных пороков цивилизации, то есть смены курса её развития.

Многие современные учёные у нас работают в этом направлении, но их труды почти не замечаются верхами. Так, философ Зарубина, исследовавшая особенности “экономического человека” (журнал “Москва”, N 11, 2004), пишет: “…экономический человек” в своей неустанной эгоистической погоне за прибылью не может быть терпимым к препятствиям, стоящим на его пути, будь то конкурент, подлежащий безжалостному уничтожению, или моральная норма, через которую оказывается возможным и даже необходимым переступить. С этой точки зрения “экономический человек” не толерантен, а скорее конфликтен, агрессивен, нацелен на тотальное подчинение всего хозяйственного, социального, природного окружения своим, и только своим интересам. (…) Природа для него оказывается лишь бездушным и не имеющим самостоятельной ценности объектом приложения сил, источником сырья и ресурсов, из которого можно черпать всё необходимое, не задаваясь вопросом о подлинной глубине наносимого ущерба”.

Этот “экономический человек” глобализируется. Он вытесняет отовсюду “человека хозяйствующего”, который трудится на своей земле с расчётом на длительную перспективу, то есть традиционного труженика, относящегося к природе и к народной культуре трепетно, как к национальному достоянию. “Экономический человек” эксплуатирует землю — “человек хозяйствующий” её сберегает для своих потомков.

Чем же отвечает на беспощадную, хищническую деятельность “экономического человека” — и ещё ответит — природа? Как ответит Вселенная тем, кто руководствовался принципом: “Мы управляем вами, так как это в ваших же лучших интересах” — и потому бомбил Сербию, а потом Ирак? Закон маятника, качнувшись в другую сторону — что принесёт он туда, откуда пришли на сербскую, на иракскую землю кровь и насилие?… Я не удивлюсь нимало, если уже в ближайшее время мы будем наблюдать массовый исход честных американцев из США как из системы разрушающей — и саморазрушительной. Это будет говорить лишь о хорошем инстинкте самосохранения у спасающихся бегством. Ибо масштабы природного возмездия тут предвидятся самые невероятные.

Всё отражается во всём. И нам, наследникам великой отечественной литературы, чрезвычайно неприятно видеть у нас, в России, сокрушительное падение художественных литературных норм. Генетически изменённая, модифицированная дешёвая литература выплеснулась на книжные прилавки, задавив всякие ростки мысли, мастерства, культуры слова. Влияние литературного загрязнения на души читателей правомерно назвать очередной экологической катастрофой.