Читаем Наш Современник 2006 #1 полностью

13 января 1757 года в академической типографии отпечатана “Российская грамматика”, а в феврале в типографии Московского университета начато печатание первого тома собрания сочинений самого Ломоносова. В 1761 году он пишет письма И. И. Шувалову “О сохранении и размножении российского народа”. В сентябре 1763 года заканчивает “Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание взаимного перехода сибирским окном в восточную Индию”. В этом же году в типографии Академии наук завершено печатание книг “Первые основания металлургии, или рудных дел” и “Известия о российской минералологии”.

И главное во всем этом — страстное желание служить России, возвышать ее, поднимать ее потенциал, дух русских людей, бороться за их просвещение, продвижение молодых. Он был неутомим в этом борении за Россию, не останавливался ни перед какими авторитетами. Спорил, ругался с ними, порой был несдержан, учинял “предерзости”, за что даже подвергался домашнему аресту (1743 г.). Не чванился и, извинившись в Академическом собрании “по предписанной формуле”, продолжал быть столь же настойчивым и неуступчивым в служении Отечеству. Дело, конечно, не в том, что он спорил и ругался с иностранцами и отечественными чужеземцами, а в том, что добивался в науке и всех остальных делах лучших, высочайших результатов, которые и были главным аргументом в этих спорах.

Ломоносов, борясь с недобросовестными “немцами” всех мастей, отнюдь не был ксенофобом, ненавистником всех иностранцев, хоть такое мнение и высказывалось. И ныне, когда кто-то заявляет о своей приверженности России, о любви к национальной культуре, тут же звучат обвинения: шовинист, ксенофоб, маргинал, а то и “фашист”.

Ломоносов подобных обвинений не боялся. Был он, как и всякий подлинно русский человек, по Достоевскому — “всечеловек”. А разговоры о его ненависти к иностранцам глупы и беспочвенны, ибо женат он был на немке, его племянник учился у академиков В. Крафта и Л. Эйлера, со многими немцами Ломоносов дружил. А с Миллером и другими учеными-академиками спорил не потому, что они были немцы, а потому, что решительно протестовал против норманской теории, по которой русы не способны были к самоорганизации, созданию собственного государства. Везде и во всем он старался быть доказательным, хотя порой страсть перехлестывала границы. И от этой твердости, доказательности уважение к нему в академии, в обществе, державе возрастало. И после тщетных попыток убрать, сместить его, принизить роль и положение в академии пред ним склонились и поручали одно за другим важнейшие дела и возводили на новые научные ступени.

В 1758 году М. В. Ломоносова назначают руководителем Географического департамента и Исторического собрания, в 1760 году — руководителем Академического университета и гимназии, в 1764 году он избран почетным членом Российской академии трех знатнейших художеств, а в декабре произведен в статские советники, что давало право на дворянство. Так через тридцать лет крестьянский сын стал дворянином. Его избирают почетным членом Королевской шведской академии, почетным членом Академии наук Болонского института.

Ломоносов ушел из жизни в 54 года. Многие проекты его были не осуществлены, многие замыслы не свершились, но он проделал гигантскую работу, изменив представление русских людей о своем месте в делах державы и общества.

В свое время была одержана блестящая ратная победа на Куликовом поле Дмитрием Донским, но еще более велика была тогда победа над ужасом перед врагом, сковавшим русских людей. “И хлеб не шел в рот от страха”, — писал тогда летописец. Сергей Радонежский и Дмитрий Донской разрушили этот страх. Поэтому столь велик и своевременен их подвиг. Велик подвиг и Михаила Ломоносова, который, проявив гениальное рвение в науке, снял оцепенение перед иноземщиной и своей судьбой доказал, “Что может собственных Платонов / И быстрых разумов Невтонов / Российская земля рождать”.

Сейчас, когда ситуация в России напоминает ту, с которой когда-то столкнулся пришедший из Холмогор юноша, мы чувствуем, что Ломоносов нужен нам, что он снова должен прийти в Россию.

Вперед к Ломоносову!

Может быть, вот это ощущение необходимости прихода Ломоносова и сделало ломоносовский вопрос главным стержнем на Архангельском секретариате. Профессор В. М. Гуминский сказал: “В преддверии великого юбилея мы должны еще раз с особой пристальностью вглядеться в удивительное явление Ломоносова — одного из самых масштабных, колоссальных, самых космических деятелей русской культуры. В нем, мне кажется, очень быстро сформировалось то, что обычно характеризует классиков-монументалистов”.