Политика “равновесия” продолжалась. Каковыми были бы дальнейшие ее перипетии, неизвестно, ибо в мае 1935 года Пилсудский скончался. Он так и не осознал, с какой стороны грозит Польше смертельная опасность. Его попытки заигрывать с западным соседом лишь усиливали его аппетиты по мере того, как росла военная мощь вермахта. Устойчивая неприязнь и недо­верие Пилсудского к России — как царской, так и советской — делали его слишком близоруким политиком. Противопоставляя европейскую “западную цивилизацию” восточной, которую буржуазная пропаганда называла варвар­ской, он совершал грубейшую ошибку. Ведь свирепые варвары напали на Польшу именно с Запада, подмяли ее под себя и двинулись дальше на Восток. А освободила ее именно советская страна, руководимая Сталиным. Но всего этого Пилсудскому так и не довелось узнать.

Станислав КУНЯЕВ • Кто расстреливал белорусских партизан? (Наш современник N12 2004)

Станислав КУНЯЕВ

Кто расстреливал

белорусских партизан?

Шляхтичи из “Новой Польши” никак не угомонятся: после моей работы “Шляхта и мы” они вгрызаются в каждый мой комментарий о польско-совет­ских отношениях.

В февральском номере “Новой Польши” за 2004 год опубликован мате­риал Петра Мицнера “Интернированные союзники”, который начинается так:

“В статье “Братец кролик в европейском и мировом зверинце” (“Наш современник”, № 10, 2003) Станислав Куняев пишет о польских солдатах, оказавшихся после II Мировой войны в советском плену. Куняев приводит цифры: 60 тысяч, в т. ч. пять генералов. При этом он инсинуирует, что эти люди сражались на стороне фашистской Германии. Между тем в действительности это были бойцы польского подполья, в основном Армии Крайовой, которые в 1943—1944 гг. вместе с Красной Армией и пытались освободить Волынь, Литву, Люблинское воеводство и другие восточные земли от немецкой оккупации. После выполнения этой задачи они были арестованы и сосланы в лагеря”.

Некоторая шляхетская подлость автора заключается в том, что якобы инсинуация (“инсинуирует”) о польских военнопленных принадлежит мне. Между тем Петру Мицнеру, читавшему мою статью “Братец кролик...”, должно быть известно, что я там писал, обращаясь к польскому историку Анджею Новаку: “Вам надо прочитать книгу австрийского историка Стефана Карнера “Архипелаг ГУПВИ”. Там Вы найдете таблицу со сведениями о том, сколько военнопленных и каких национальностей содержалось после войны в советских лагерях. Среди прочих — 60 272 человека в графе “поляки”, там же наткнёшься, как бы это ни было Вам неприятно, на 5 польских генералов”. Эти слова я написал в ответ на восклицания Анджея Новака из декабрьского номера “Новой Польши” за 2002 год: “Что именно означает эта цифра... ни один историк до сих пор не слыхивал о польских коллаборационистских формированиях, сражавшихся против Советского Союза”.

Итак, я честно указал полякам, откуда взял эти данные, но Петр Мицнер стыдливо умолчал о книге австрийского историка. Не потому ли, что трогать коллегу из цивилизованной Европы как-то неудобно? То ли дело обвинить в “инсинуациях” русского писателя. Но то, что Мицнер не опротестовывает цифру польских военнопленных (60 272 человека), находившихся в советских лагерях не после кампании 1939 года, а после года 1945-го, — уже хорошо. Слава Богу, согласились со мной поляки, что цифра не мифическая. Но тут же выдвинули новый аргумент: мол, эти бойцы польского подполья сра­жались в одних рядах с Красной Армией против гитлеровцев. “Но сразу же после того, как линия фронта перемещалась на Запад, бойцов АК разоружали и арестовывали”; “Семнадцать тысяч бойцов АК были отправлены в лагеря”; “...они были побеждены, преданы своими союзниками”. (Все цитаты из статьи П. Мицнера.) Вначале я даже засомневался: а вдруг и правда мы отправили в послевоенные лагеря несколько десятков тысяч своих союзников, своих товарищей по оружию, по фронтовому антифашистскому братству? Но от моих сомнений меня во многом избавило письмо, которое я получил в июле 2004 года из цивилизованной Германии.

“Глубокоуважаемый господин Куняев,

из-за недостатка времени, увы, могу лишь ограничиться глубокой благодар­ностью за книгу “Шляхта и мы”; вместо развернутой рецензии решил послать Вам интересный материал на немецком языке о сотрудничестве Армии Крайовой и гитлеровских оккупантов, с надеждой, что Вы найдете возмож­ность “углубиться” в чтение трудов историка В. Chiari.

Искренне Ваш                                                                              А. Гастев”.

Присланный мне текст из журнала “Шпигель” (19/2000) гласил:

“Союз с врагом