Читаем Наш Современник, 2004 № 05 полностью

Надо сказать, что автор первого тома “Тихого Дона” вообще фактогра­фирует. И, по моему мнению, читатель воспринимает все это так, насколько развито его сознание к моменту чтения этой книги. Но если бы Шолохов развенчивал предрассудки и бытовую необузданность деревни, тогда бы его можно было назвать “инженером человеческих душ”, он бы действительно поднимал читателя на новую высшую ступень сознания.

В этой же 3-й части первого тома в еще один факт невежества не вмешивается автор.

Откройте стр. 368.

“— Дай гляну, как тебя примолвили.

Чубатый силком нагнул голову Григория, хмыкнул носом.

Кошевой концом шашки достал со сруба хлопчатый ком паутины, подал. Острием этой же шашки Чубатый вырыл комочек земли и, смешав его с паутиной и порохом, долго жевал. Густой тянкой массой он плотно замазал кровоточащую рану на голове Григория, улыбнулся.

— Через трое суток сымет, как рукой...”

О результатах невежественного лечения ничего не говорится. Григорий снова, как ни в чем не бывало, участвует в военных действиях и получает новое ранение, но уже в глаз. Его отправляют в глазную больницу в Москву. В больнице глаз ему вылечили.

 “Его выписали и направили в госпиталь на Тверской, так как залеченная рана на голове неожиданно открылась и появилось легкое нагноение” (389 стр.).

Вот здесь бы и осудить невежественное, почти знахарское лечение. Но, оказывается, открывшаяся рана на голове у Григория Шолохову просто понадобилась для встречи с императорской “фамилией” в госпитале.

Сделано плохо. И есть основания, что будет калечить некоторых читателей, т. к. вся эта “чертовщина” заключена в конце книги.

Шолохов очень популярен, в особенности, “Поднятой целиной”. Его читают малограмотные. И после “Поднятой целины” первая книга “Тихого Дона” (третья часть) может воспитать в малограмотном или не особенно сознательном читателе скверные качества — веру в предрассудки (в приметы).

Профессия: преподавательница русского языка (стаж — 1 год). Возраст— 32 г. Т. к. я хочу знать, права ли я в своих выводах, то прошу ответить мне по адресу: Восточная Сибирь, г. Иркутск, Дворец труда, А. Н. Щировской.

 (ед. хр. 705, лл. 133—141)

26 августа 1936 г.

В 1935 г. я прочел 2 книги (1 и 2) “Тихий Дон” Шолохова, в том же году видел кинокартину “Тихий Дон”. И вот сейчас 1936 г., июль 4—5-го, я прочел третью книгу “Тихий Дон”. Читая 3-ю книгу, я великолепно вспоминаю прочитанные ранее 2 книги, задыхаюсь от волнения при моментах чтения от кровожадного Григория Мелехова. Книги очень хорошие. Ведь я же рожден на Донце в ст. Недвиговской, все мои родные дяди Сердюковы погибли в борьбе за Сов. власть с бандами Деникина и Колчаком. Один командовал красным десантом, был зверски изрублен казаками и другого изрубили дроздовцы. Я с большим нетерпением дочитывал конец 3-й книги, надеясь, что этого злодея, не имевшего никакой жалости к красным бойцам, в конце концов уничтожат, но, нет, он остается, Мелехов, с казаками. Но что же дальше? Чем же кончится это кровопролитие за осуществление Советской власти на Дону?

Автор этих книг так прекрасно просто пишет, что все понимаешь и догадываешься. Читая, представляешь, что вот попасть в те места, где были бои, можно много узнать, увидеть, руководствуясь книгой. Я прочел не менее 500 романов и множество повестей и рассказов, но таких родных мне книг не находил.

Я прошу вас за любую стоимость выслать мне 4-ю книгу по адресу: Азово-Черноморский край, Удобненский район, ст. Исправная. Ковбасюк С. А.

Я буду очень рад, если вышлете.

(ед. хр. 705, лл. 144—145)

16 сентября 1936 г.