Читаем Наш Современник, 2004 № 05 полностью

Описывая про Подтелкова и др., точно указано, например, как он говорил, какой у него характер, даже в нескольких местах упоминается его кожаная куртка, в какой он щеголевал, и широкие галифе. Волосы кудрявые, лишь одно не указано, что редкие передние зубы и маленькая щербинка. Но когда я читаю, что победа на стороне красных, я тогда еще более углубляюсь в чтение, но когда на стороне белых, в особенности террористи­ческих , я делаю перерыв.

Описан в книгах старый уклад жизни и психология казачества досконально правильно, я застал жизнь казачества, все старые обычаи.

Теперь вот что. Если Вы выпустите 4-ю книгу “Тихого Дона”, то прошу выслать, и есть ли 2-я книга “Поднятой целины”.

 

С тов. приветом И. М. Максимов, служащий, 40 лет. Сталинградский край, Нехаевский район, Районный Исполнительный комитет.

(ед. хр. 700, л. 34—34 об.)

 

 

 

Не так давно, просто случайно мне удалось в нашей школьной библиотеке книгу Михаила Шолохова “Тихий Дон”. Прочитав ее с большим захватывающим удовольствием, сообщаю Вам свой отзыв.

Роман “Тихий Дон” действительно большой художественный и самый настоящий, глубоко обдуманный и написанный именно потому, что он не преувеличивает и не скрывает того, что было в те времена на Донщине. Автор видно, четко и ясно, с высоким классом художества описывает природу, наречие, законы и обычаи донского казачества.

По-моему, с таким высоким мастерством описывать может только тот, кто сам был в этих местностях и возможно, что даже участвовал на фронте по завоеванию Дона. Мне хотелось знать, был ли там тов. Шолохов? По-моему, был, а если нет, то убедите и поправьте меня. Для того чтобы вам было яснее, я вас познакомлю более подробно, почему именно мне так понравилось описание М. Шолохова.

Я лично вырос на Дону и именно в той местности, где происходило то, что описывает автор. Я жил в хуторе Астаховом у одного богатого казака, пас скотину летом, а зимой за ней ухаживал. В 1920 году мне было 12 лет, помню, не раз гонял чужую скотину с чабанами и пастухами по всему Дону, по ярмаркам, в Каргинскую, Боковскую, знаю все эти места и степи особенно, потому что все лето был в степи. Знаю Топкую балку и буду ее помнить всю жизнь, потому что хозяин Пономарев чуть было не засек меня моим чабанским арапником за то, что я пустил своего стада бугая в чужое стадо и тот начал лазить по чужим коровам. Знаю Жирнов и Осиновские пруды и даже помню каждый кустик, а читая роман, я чувствовал себя якобы участником этого романа. Несмотря на то, что с 1927 года уехал в город на производство, забыть прошлое мне не пришлось. В 1927 году, когда мне сравнялось 17 лет, я стал кое в чем разбираться и решил ехать в город на завод, что и сделал, рассчитавшись с хозяином, 19 сентября уехал в город Макеевку (Донбасс), где и работал до 1933 года. Будучи рабочим шахты “Италия”, я не отставал от жизни, учился на вечерних курсах и повышал свою квалификацию забойщика, стал активным комсомольцем. Учтя это, меня горком комсомола послал учиться в Авиашколу на летчика, где я нахожусь и до сего времени, успехи хорошие.

Правда, вас моя биография не интересует, но для того, чтобы вы имели представление, от кого вы получаете отзыв о книге и кто ее расценивает, я немного об этом написал.

Дело в том, товарищи, я хотел просить вас сообщить мне, как можно выписать у вас данные книги, а то вот уже целую неделю я не могу достать IV книгу “Тихого Дона”, а достать даже необходимо.

Простите, что так плохо сформулировал свое письмо, но, к великому несчастью, я не философ, что знаю мыслью, то и выкладываю на бумаге. А когда кончу школу, тогда и научусь лучше складывать свои мысли.

А теперь до свидания.

К сему А. Лобко.

(ед. хр. 699, л. 59)

 

 

18 января 1936 г.

Москва, писателю Шолохову.


Здравствуй, дорогой советский писатель, товарищ Шолохов

Я хочу тебе передать благодарность за твои произведения. Обыкновенно приветствия и пожелания посылаются в юбилярные дни. Но, к великому сожа­лению, я не знаком с Вашей автобиографией. О чем кратенько вы, выбрав время, мне напишите. Знаю одно то, что вас зовут Михаил. И это знают многие. Я знаю, что критика всегда советует прежде чем изучать то или иное произ­ведение, изучить автобиографию автора этого произведения. Это верно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Наш современник, 2004

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука