Читаем Наш Современник, 2004 № 04 полностью

Понять, кто и чего тут боится, нам опять-таки поможет тема толерантности. Возьмем второй номер журнала “Народное образование” за 2002 г. На обложке — красный подзаголовок “Образование — путь к культуре мира и толерантности”. Он дублирует название статьи Эмилии Соколовой, директора центра “Обра­зование и культура мира”. В статье она описывает свой опыт обучения старше­классников толерантности на уроках английского языка.

На первый взгляд может показаться странным, что в качестве методи­ческого приложения к статье дан отрывок из работы некоего Франклина Фолсома “Книга о языке”, выпущенной издательством “Прогресс” аж в 1974 г. Отрывок называется “Происхождение языков”, и в нем очень своеобразно повествуется о древнем Вавилоне. Оказывается (цитируем), “народ Вавило­нии был богат и могуществен. И это был счастливый народ. Все друг друга любили и с радостью трудились бок о бок. Но они владели только землей. А небо принадлежало Богу и его ангелам”. Когда же люди возжелали завладеть небом и начали строить башню, “Бог понял, что допустить этого нельзя... и решил: надо разрушить их единство, разделить их”. Он велел своим ангелам дать людям разные языки. “И вмиг все разладилось: тот, кто лепил кирпичи, уже не мог разговаривать с теми, кто их носил... Каждый обвинял остальных в том, что они ничего не понимают”.

В общем, была идиллия, мир и благоденствие, а злой, нетолерантный Бог все испортил. И вывод делается соответствующий: не тот, что людям не следует заноситься и конкурировать с Богом, а совсем иной: “Изучая языки других народов, КОНКРЕТНО АНГЛИЙСКИЙ (выделено нами. — Авт. ), мы получаем возможность сотрудничать на международном уровне”.

И — странное дело! — чем дальше читаешь, тем больше перестаешь понимать, где кончается план уроков и начинается план строительства новой Вавилонской башни, Нью-Вавилона. Во всяком случае, одно с другим тесно переплетено. Тут стоит заметить, что в последнее время приходится все чаще слышать о глобализме, глобализации и даже о создании новой мировой империи, которую призвана построить и возглавить Америка. И все чаще мелькают сравнения этой новой империи с Вавилоном...

Вот и план уроков по какой-то отдельной программе иностранного языка явно насажен на этот глобалистский стержень, как куски баранины на шампур. Не поленимся привести его целиком, сопроводив кое-где краткими коммента­риями. Первый урок прямо так и называется: “Миф о строительстве Вавилон­ской башни”. Трактовка его приведена нами выше.

Следующие темы:

— English as a world language. (Английский язык как мировой.)

— Правила вежливости по-английски.

— Ну и что? — скажете вы. — Нормально. Ребята, изучая английский, знакомятся с национальным этикетом.

Но тогда почему на следующем уроке происходит какое-то странное зна­комство? Не с историей Англии или (пускай!) Америки, а с историей... международных организаций — ООН и ее подразделений?

— Так это ж не просто уроки английского! — напомнит нам читатель. — Вы что, забыли? Это английский в аспекте толерантности.

Спасибо, что напомнили. Конечно, уроки не совсем обычные. Но все равно не очень понятно, при чем тут международные организации, если не знать о глобалистских установках. А если знать, то всё сразу встанет на место. Глобалисты вполне открыто призывают к отмене суверенитета государств и установлению надгосударственной власти мирового правительства, про­образом которого как раз и являются ООН и ее специализированные организации.

Дальше производится знакомство с жизнью и деятельностью выдающихся миротворцев: например, Андрея Сахарова и Альфреда Нобеля, создавшего одну из первых наднациональных организаций — Нобелевский комитет. Правда, перед этим он создал то, что даже с натяжкой невозможно отнести к средствам умиротворения. Это был... динамит. Вернее, Нобель его первым запатентовал, а насчет авторства вопрос остается дискуссионным, хотя многие и приписывают его шведскому предпринимателю, этакому Соросу конца XIX века. Нобель и по образу жизни был глобалистом, всемирным коммерсантом: нефть качал в Баку, продавал по всему миру, динамит делал в Германии, продавал, куда потребуется. Штука-то ходовая, применяемая, увы, не только для подрывных работ при строительстве. Именно с легкой руки Нобеля вошло в обиход выражение “подрывные работы”.

Что же касается А. Д. Сахарова, то его миротворческая деятельность, по выражению Ф. М. Достоевского, “слишком известна”. Кто, как не он, предлагал раздробить СССР на 50 независимых республик? Какие бы там воцарились мир и благоденствие, легко себе представить по независимому Карабаху, независимой Грузии, независимой Ичкерии, независимому Таджикистану — этим оплотам безопасности.

Трудно забыть свидетельство нашего знакомого беженца: “Кого я не могу простить, так это миротворцев-правозащитников. Я тогда журналистом рабо­тал в Душанбе. Как сейчас помню, прилетают из Москвы и, не успев сойти с трапа, устраивают митинг, призывают к демократии, суверенитету, свободе — и улетают. А Таджикистан заливается кровью”.