Читаем Наш Современник, 2002 № 09 полностью

Я давно собирался написать Вам — как только прочитал Вашу статью, но какое-то странное блаженное состояние расслабляло меня. Может, это и от того, что я это состояние пытался выразить как нельзя лучше, но возмож­ности оказались за чертой недостигаемой?

Действительно, трудно выразить это состояние — это не просто радость или восторг и, конечно, не удовлетворенное тщеславие (!), а нечто большее — серьезнее, значительнее. Конечно, я безмерно рад, что такой критик, как Вы, обратили внимание на мои скромные вещи, а Ваше мнение для меня — все, но мое такое состояние, повторяю, не такое простое, а сложнее, значи­тельнее.

Словом, я не сумею как нельзя лучше это выразить, но постараюсь хоть приблизительно это описать: первым долгом это такое удивительно чуткое, удивительно благоговейное Ваше отношение к чужой древности, к чужой истории, к чужой судьбе, не сострадательное, а подвижническое, действенное. Потому и нынешнее наше состояние, недалекое от трагичности, показалось преодолимым (трагичность — это все же не упадочническое катастрофическое состояние, состояние тяжелое, но с достоинством).

Каждого из нас потрясло то, что Вы, один из талантливейших критиков, один из важнейших представителей всемирно прославленной великой литературы, взяли на себя миссию поддержать много страдавший народ и так блестяще выразили его мысли, желания, надежды, обжигающими крупицами разбросанные по земле, иссеченной, израненной безжалостными тысячелетиями и судьбой, поразительно поняли все тонкости его души!

Это лучший показатель особого благородства, гуманности той культуры, которая взрастила Вас.

(Простите мне этот высокий, ломаный “штиль”, но это искренне).

Именно такое отношение к судьбам других народов лучших представителей русского народа всегда было истоками доброго, преданного отношения к ним. Эти глубокие чувства со временем становились такими прочными, что даже не очень ласковые действия казацких штыков не могли их поколебать.

Спасибо, дорогой Вадим, за действительно подвижническое отношение к нашему народу и его культуре!

В поддержке, слове таких людей, как Вы, мы больше всего нуждаемся.

Журнал с Вашей статьей триумфальным маршем шествует по Абхазии. У меня уже взяли два журнала, и они пошли “в народ”.

Помимо всего она кстати пришлась к нашим обстоятельствам вот почему: именно сейчас затеяли очередную травлю нашей истории. На днях в местных газетах появилась гнуснейшая, низкопробная статейка, написанная с позиции силы, в которой одного из лучших наших историков Инал-Ипа Ш. Ф. обвиняют за то, что он назвал Абхазское царство (которое стояло около 300 лет) Абхазо-грузинским государством, а не целиком грузинским!

Вы слышали где-нибудь такую гнусную шутку?! Словом, ты не ты и лошадь не твоя.

Шутки шутками, но мы уже все страдаем хроническим нервным расстройством, возмущение душит нас, а сделать что-нибудь бессильны. Ко всему, такое состояние опустошает человека.

Вообще Абхазия — это экспериментальный участок, где проводятся опыты по получению гибридов дружбы и интернационализма (!).

Это наши будни. Давайте лучше перейдем к праздникам: это будет, когда Вы приедете к нам. Вы должны увидеть этот народ, которому сослужили великую дружбу, а он — Вас. Это просьба не одного меня, а многих, многих других. Мы будем ждать, когда и как Вы выберете время для поездки в Абхазию.

Больше я не смею Вас утомлять.

До скорых встреч!

Да хранит Вас Бог!

Алексей Гогуа*

*   *   *

Здравствуйте, уважаемый В. Кожинов!

Спасибо Вам за статью в “Дружбе народов”! Самое, самое сердечное Вам СПАСИБО! За Ваши теплые, глубокие и сердечные слова — Вам, дорогой, наша абхазская любовь. На нашу историю, литературу, язык, письменность Вы посмотрели глазами постороннего человека и выразили, положили на бумагу словами самого близкого (даже больше и лучше многих абхазцев) и родного человека.

Приедете в Абхазию — Вас встретят абхазским гостеприимством. Дай Бог Вам здоровья и счастья.

Джума Ахуба**

*   *   *

Здравствуй, бесконечно дорогой Вадим!

После непростительно долгой “раскачки”, наконец, отвечаю на твое письмо. Твоя великолепная статья принесла к нам в Абхазию так много неожиданной радости, что передать словами чувства моих земляков просто невозможно. Ставший сразу же известным четвертый номер “ДН” нельзя было достать, наши читатели перехватывали его друг у друга, все читали с упоением. Статья обратила на себя не просто внимание, а вызвала (да, да!) у настоящих абхазов целую бурю восторга, горячей, искренней и неподдельной любви к ее автору — Вадиму Кожинову, который, к всеобщему удовольствию, стал таким рьяным защитником, другом Абхазии, ее истории, культуры и литературы! Нас, которых ты упоминаешь в статье, долго еще после ее выхода останавливали на каждом шагу и без конца расспрашивали о тебе. (Я имею в виду прежде всего людей, далеких от литературы, а литераторы-то тебя знают!)