Читаем На переломе полностью

В усилении обороноспособности страны в предвоенную пору И. В. Сталин серьёзное значение придавал не только созданию и освоению нового вооружения, отвечающего тактико-техническим данным вооружения, которое имеется у будущего противника, или превосходящего их, но и укреплению границ на предсказуемо стратегических направлениях. Он любил повторять: «Враг воспитывает человека. Хорошо иметь дело с сильным и умным противником». Но не уточнял, что у такого врага можно, выражусь по-советски, перенять и «дурные манеры». Видя, с какой ненасытной жадностью Гитлер пригребает к себе европейские страны (и не только их!), лидер коммунистической России, не будучи от рождения феодалом-скопидомом, усвоил у своего воинствующего соседа, что разработка и накопление новейшего оружия, отвечающего требованиям времени, дело трудоёмкое, требующее времени и незаурядных финансов, и быстро понял, что приобретение стратегически выгодных территорий для оборонительных и наступательных боёв, процесс более экономичный по всем параметрам, в особенности если бывший хозяин подобных владений уделял серьёзное внимание их защите от будущих претендентов. Тому, у кого разгорелся глаз на такие земли, всегда приятнее приобрести их мирным путём, как говорится, по-соседски.

Обезопасив, как ему показалось, западную границу, Сталин, недолго раздумывая, решил расширить пограничный рубеж второй столицей России за счёт Финляндии. Длительные дипломатические усилия по этому поводу, даже подслащённые обещанием отдать финнам Карелию, не привели к успеху. Упрямый северный сосед не поддавался уговорам. Потом, наконец, согласился. Однако к этому времени терпение советской стороны иссякло. 30 ноября 1939 года, когда финны согласились на урегулирование пограничного вопроса, войска Ленинградского военного округа без какого-либо предупреждения перешли границу. Началась так называемая «зимняя война», в которой ставка делалась на то, что лилипут в одночасье спасует перед Гулливером, оказавшаяся бесславной как в военном отношении, так и в дипломатическом. Сталин, взявший ещё раз грех на себя, оказался в весьма щекотливом положении. Страна утратила авторитет державы, борющейся за мир. Советский Союз был исключён из Лиги Наций, став изгоем международного сообщества.

Красная Армия оказалась совершенно неготовой к ведению боевых действий в специфических условиях и продемонстрировала перед всем миром (хотя сведения о советско-финляндской войне подавались весьма скупо) свою беспомощность. Уже в начале января она вынуждена была перейти к обороне, только через месяц вернувшись к наступательным действиям. Еще через месяц противник, оказывая упорное сопротивление, начал отход. Стратегическое положение на северо-западе и севере Советский Союз улучшил, отодвинув границу от Ленинграда и Мурманска. Но цена этой безуспешной победы, завершившейся 12 марта 1940 года мирным договором, была очень дорогой.

В первый же заход на Хельсинки 30 ноября 1939 года при всей слабости финской противовоздушной обороны советская бомбардировочная авиация потеряла пятую часть самолётов, участвующих в атаке. Имея ничтожное количество танков и артиллерии, финны успешно боролись с советскими броневойсками, отсекая их от пехоты и уничтожая зажигательной смесью. Большой урон Красной Армии наносили снайперы и лыжные части, в совершенстве владевшие стрелковым оружием. За месяц боевых действий потери в наших танковых частях составили около 300 машин. Оперативная группа из семи батальонов, созданная Маннергеймом, за десять декабрьских дней уничтожила 4 тысячи солдат и офицеров, захватив в плен 600; 60 танков и более 200 пулемётов стали её трофеями. Окружена и полностью уничтожена была 139-я дивизия РККА. В новых налётах на финские города было сбито ещё 140 бомбардировщиков. «Советский Союз, – подводит итоги «зимней войны» историк Ю. Н. Лубченков, – бросил против маленькой Финляндии 45 дивизий, более 2000 самолётов и 3000 танков – это около одного миллиона человек. Потери Красной Армии в этой войне до сих пор не известны, и данные колеблются между 70 000 и 50 000 человек. Финская армия потеряла 23 452 бойца, которые известны поимённо»[2].

Другой исторический счетовод, ссылающийся на данные 1963 года, в 1998 году сообщал, что «потери советских войск составили: убитыми и умершими от ран и болезней на этапах эвакуации и в госпиталях – 87 506, пропавшими без вести – 39 369 человек. Более 5 тысяч попали в плен. Финны потеряли убитыми около 23 тысяч, ранеными более 43 тысяч, пленными 1100 человек». Трудно сказать, какие сведения вернее. Но ни те, ни другие не могут принести нам утешения. Что потери Красной Армии были внушительными, подтверждает и главнокомандующий финской армией К. Маннергейм: «Так как русские не экономили ни на пехоте, ни на танках, масштабы их потерь были ужасающими». Можно не сомневаться, что неудачи СССР в войне с финнами ускорили сроки начала Великой Отечественной.