Виталий Смирнов

На переломе

От автора

Вторая мировая война и Великая Отечественная как сегмент наиболее ожесточённых сражений стала крупнейшим драматическим событием планетарного масштаба, грозившим уничтожением человечества. Любая война, даже максимально локальная, не обходится без жертв. Но таких многомиллионных за сравнительно короткий срок (Вторая мировая длилась семь лет, Великая Отечественная – пять) не было даже за известную Тридцатилетнюю, потому что парадокс цивилизации заключается в том, что цивилизующийся человек в первую очередь развивает и неутомимо совершенствует средства собственного уничтожения. И в конце концов может довести мир до полного исчезновения этой биологической особи, которая уже в наше время, казалось бы ещё далекое от очередного всемирного потопа, дошла до такого уровня расчеловечивания, который на голубом экране виден всем невооружённым глазом. Создаётся впечатление, что перед нами приматы в современном одеянии, а зачастую – и без него.

Стоит ли теперь удивляться тому, что события семидесятилетней давности никого не оставляют равнодушными, кроме дегенерирующих личностей. Споры о результатах войны, о количестве жертв, понесённых воюющими сторонами, о превосходстве вооружений с той и другой стороны, об успешности или безуспешности дипломатических потуг каждого государства, о стратегической дальновидности командования и способности к воплощению армейских замыслов, и о многом другом, вплоть до умственных и нравственных качеств отдельных военачальников и, тем более, о достоинствах и недостатках руководителей, возглавлявших военные коалиции, не затихают и по сей день. И глупо было бы надеяться на их скорое окончание, исходя из психологического многообразия современного человека, особенно тех личностей, у которых повреждён интеллектуальный огнетушитель, утративший способность укрощать пожар собственных страстей, не подчиняющихся разуму. А при нашей липовой многопартийности, цель которой ещё более накалить страсти и разобщить общество, а также утолить самолюбие наших политических монстров, споры эти могут идти до скончания века, которому осталось почти столько же лет, сколько прошло с начала Великой Отечественной.