Замечу только, что разбойничьи права агрессора Сталину были хорошо известны, и он лучше нас с вами знал цену всем этим документам. Разумеется, он не думал, что они станут для СССР охранной грамотой. Гитлер был натурой импульсивной, готовой в любой момент отказаться от договорённостей. Однако они могли – под сурдинку с Германией, начавшей активный пересмотр своих границ, – позволить Советскому Союзу осуществить некоторые из его территориальных притязаний. Этому, в частности, способствовал второй пункт «Секретного дополнительного протокола», который гласил: «В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Нарева, Вислы и Сана», что вполне устраивало Сталина да, возможно, и принято было по его настоянию. «Вопрос, является ли в обоюдных интересах, – цитирую продолжение этого пункта, – желательным сохранение независимого Польского государства, и каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в течение дальнейшего политического развития», что следовало понимать эквивалентно фразе «война план покажет…». «Во всяком случае, – заверял секретный протокол, – оба Правительства будут решать этот вопрос в порядке дружественного обоюдного согласия».

Важен был для Советского Союза и третий пункт протокола о его интересе к Бессарабии, в котором Германия заявила о «полной политической незаинтересованности» в этом вопросе. Устраивал Советскую Россию и пункт о Прибалтийских государствах (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), в котором северная граница Литвы признавалась сферой взаимных интересов договаривающихся государств, а Виленская область – зоной чисто литовских интересов, то есть у Германии оставалось право превратить Литву в свой протекторат, что давало возможность вермахту при изменении настроения нанести фланговый удар по Красной Армии в случае её вступления в западные области Украины и Белоруссии.

Через несколько дней, осознав это, Сталин предложил иной вариант, который был закреплён 28 сентября в дополнительном договоре «О дружбе и границе между СССР и Германией». По этому договору западная часть Польши (этнически польские районы) должна была перейти Германии в обмен на так называемый Виленский коридор, который был самым коротким путём к Восточной Пруссии. А Советский Союз отодвигал свою границу за счёт Восточной Польши с белорусским и украинским населением, которым вскоре первым доведётся встретиться с «дружественными» солдатами вермахта. Кроме того, СССР получал свободу действий в Прибалтике, где за год до начала Великой Отечественной войны будут свергнуты политические режимы Латвии, Литвы, Эстонии и образованы так называемые «народные правительства».

Так в СССР буквально через десять дней до начала разработки Германией плана советско-германской войны, то есть за год до Великой Отечественной, появились три (Прибалтийские) социалистические республики и Молдавская, которая по замыслу Сталина должна была защищать южные рубежи страны от юго-восточных союзников Гитлера. Но созданные в них бутафорские просоветские правительства смотрели отнюдь не в ту сторону, с которой к ним пришёл дармовой социализм.

Читатель-эрудит может спросить меня: «По какому праву?». Отвечу: «Разумеется, не по международному». Взял Иосиф Виссарионович грех на свою душу? Да, согрешил. Но Бог простит его, как прощает миллионы людей, встающих в роковую для страны минуту на защиту своего Отечества. Поэтому могу добавить, что Сталин совершил праведное дело неправедными средствами, защищая в предгрозовые годы Отечество. А в остальном разбирайтесь сами. Любая война – такой кровавый сгусток множества проблем, в котором до конца не разберётся и сам Создатель. Вот почему – для собственного умиротворения! – мы делим войны на справедливые и несправедливые, душой понимая, что справедливых войн – по большому счёту – не бывает. Справедливо только мирное сосуществование. А осознает ли мир когда-нибудь это, судить не берусь…

4