Читаем Мысли из глубины полностью

Я как чукча, что вижу, что думаю, то пою, то есть, простите, пишу. Такой я человек. Да-да. Я прелесть, я очень интересен, я идеален, я кристален, я шикарен, а еще я очень скромен, а все эти громкие титулы, которыми я себя обзываю всего лишь плод моего комплекса. А еще я сегодня почему-то очень красив, я смотрю на себя в зеркало и сам себя люблю. А еще я кушал большое зеленое яблоко. Я люблю большие зеленые яблоки. Прижмешь его к уху сильно сильно, а с другой стороны тихонечко дашь ему щелбана и звук такой получается громкий и вкусный. Сейчас я его изображу, словом....

ТАНДЗ-ТАНДЗ. После этого оно даже кушается с каким-то особенным аппетитом, яблоко, получившее щелбан.

Вот такая моя жизнь. С одной стороны даже и здорово, получается какая-то идиллия. Живет такой молодой, чертовски красивый человек, кушает большие зеленые яблоки и печатает письма (прости, письмо) на компьютере, тыкая по клавишам одним пальцем. Скоро, очень скоро я набью на своем указательном пальце огромную мозоль, размером с грецкий орех, и меня занесут в книгу рекордов Гиннеса, я стану богатым и знаменитым. А все благодаря тебе. Так и быть, я поделюсь с тобой, я куплю тебе розочку. (Шутка). Сейчас я сделаю маленькую паузу для того, чтобы ты улыбнулась.

Все? Тогда я продолжаю. Да, не хочется возвращаться, но я все-таки это сделаю. Я по поводу того, что я не люблю. Перед новым годом, равно как и после него я ходил по улицам и мои глаза, душу, и сердце не радовало то, что я видел. А видел я страшные вещи. Улицы, витрины магазинов и всевозможные палатки с новогодними или как модно сейчас говорить "рождественскими" подарками оккупировали Санта-Клаусы. За все это время я увидел не более одного-двух дедов Морозов. Мне страшно жить в стране, которую заполонили нерусские деды Морозы. Я не хочу жить в такой стране. Медленно, но с завидным упорством в нашу жизнь насильно прививается чуждая мне (я уверен, что и тебе тоже) культура, если это можно назвать культурой. Я, конечно же, не радею за то, чтобы по улицам моей страны народ ходил в косоворотках и с балалайками в руках, но нельзя забывать культуру наших отцов. Очень много влезло в нашу жизнь. Молодежь вместо слова выходные использует мерзкий набор букв "ВИК ЕНД". Нормально это нет? Может быть, так и должно быть, но мне это не нравится. Это мое железобетонное нерушимое мнение. Думаю, что ты меня поддержишь. Делаю паузу для того, чтобы ты меня поддержала. Сейчас ты должна встать сделать строгое лицо, сжать в кулак правую ладонь и изобразить знак "Рот Фронт". Сделала? Тогда продолжаю. Хотя впрочем, я уже буду закругляться. Вот вроде и все то, что я хотел тебе сказать. Может быть, когда-нибудь я заставлю себя написать тебе еще одно письмо. Скорее всего, это произойдет. Не могу сказать когда, но я думаю, что это будет. Ты рада? Думаю что да. Скажу тебе честно, по секрету, я не умею писать письма. Мне некому было писать всю свою жизнь. Ты можешь гордиться тем, что ты первый человек, кому я пишу письмо. Что там пишут в письмах, даже не знаю. Написать тебе, что ли про здоровье свое....

Пишу. Здоровье мое не очень, то там стрельнет, то оттуда выстрелит. Вообще я устал сидеть дома, я устал смотреть телевизор, я устал читать и я хочу на улицу. Хочу весну, солнце, запах зелени, море, чаек, белый пароход, огромные нефтяные пятна на голубой воде, мертвые рыбы, мертвые дельфины, запутавшиеся в обрывках рыбачьих сетей. Когда умрет последнее дерево, когда последняя река будет отравлена, мы поймем, что деньги нельзя есть...

Так, о чем это я, а ну да, прости я отвлекся. Вот такое у меня скромное желание. Весна, море, запах зелени и я среди всего этого изобилия. Красив, загорел и обаятелен. Ничего, осталось совсем немножко, надо только потерпеть, чуть-чуть, капельку. И скоро мы все это получим, я знаю, поверь мне, мой друг. Обнимаю, целую целомудренно в щеку.

Томирлан.

6.02.94

Время 22:57

КУБА

- А бабы у нас... М-м-м-м!!! - вполголоса бубнит Куба. - Бля буду, Грустный, ты таких баб сроду не видал!

Куба идJт впереди, слегка оскальзываясь кроссовками на влажных от утренней росы камнях. Куба или, если полностью, Кубань, это Толя Матвиенко, родом с Кубани, Краснодарский край.

- К нам во двор с другого района, прям перед моей отправкой, переехала одна... Я как раз в военкомат чапал. Как увидел еJ, а у неJ сиськи-и-и... Куба останавливается, чтобы показать какие у неJ сиськи. - Во сиськи!!! Я, блядь, чуть челюсть не сломал...

- Об сиськи? - спрашиваю.

Куба, не уловив подвоха, отвечает на полном серьJзе:

- Зачем? Засмотрелся, бля. Ка-а-ак наебнулся, и мордой о камень. Во, шрам, вишь, остался.

Он опять останавливается, чтобы показать, какой у него остался шрам.