Читаем Мустанг полностью

Она посмотрела на меня. - Мистер Сакетт, я рада, что вы будете нашим проводником до Ромеро, однако подумала, что вас надо предупредить: у нас будут неприятности.

- Я с ними вырос.

- Понимаю, но вы не выросли вместе с Сильвией, Ральфом и Эндрю.

- Так вы их знаете? У них есть фамилия?

- Их фамилия Карнс. Мы в какой-то степени родственники, хотя и не по крови. Они выведали... ну, обманом. Они узнали то, что должна была знать лишь я одна; теперь они пытаются попасть в одно место раньше нас.

Я ни о чем ее не расспрашивал. Беда их была в том, что они верили, что тайна сокровища Натана Хьюма принадлежала им одним. Если им известно точное место, куда Хьюм закопал золото, тогда действительно они знали то, чего не знали другие, но я был убежден, что я не единственный, кто прослышал про эту историю с караваном.

- С какой стати вы все вдруг сюда ринулись?

- У меня умерла бабушка, перед смертью она упомянула в завещании пачку писем, они должны были достаться мне, поскольку у меня нет ни отца, ни матери. За мной увязались Сильвия и Ральф, хотя они не имели никакого права. Денег у бабушки не было, к тому же, как я сказала, они нам родственники не по крови. Но они присутствовали при чтении завещания, в котором бабушка упомянула, что в одном из писем говорится, где Натан Хьюм спрятал золото.

- Кто-то должен был выжить и рассказать об этом. Я хочу сказать, что Натана Хьюма убили.

- Вы знали о нем?

- Он был известным человеком. Несколько лет перевозил грузы из Миссури в Санта Фе.

- Дедушка нарисовал схему, написал несколько строк и отдал письмо индейскому пареньку. Дедушка думал, что ему удастся ускользнуть, и в этом случае он должен был отослать письмо бабушке. Все так и случилось: мальчишка ускользнул и послал письмо.

- Что насчет Сильвии?

- После того, как она услышала завещание они с Ральфом стали такими хорошими. Сильвия приготовила мне чай... В чем дело?

- Один раз она предложила мне кофе.

- Должно быть, сваренный по тому же рецепту. Она приготовила мне чай, я взяла его в свою комнату, но заработалась и забыла его выпить. Посреди ночи я проснулась и увидела, что Сильвия стоит в моей комнате и при свече читает мои письма. Я их отняла, а она просто разъярилась - угрожала, смеялась надо мной, говорила, что никакого золота не существует, а если и существует, я никогда не доберусь до него.

Солнце передвинулось за тополя, затенив улицу и вход в кафе. По дороге протрусила собака и остановилась у полуразрушенного дома. Я наблюдал за ней, потому что собаку что-то заинтересовало: она настороженно принюхивалась, пытаясь уловить какой-то запах.

Приятно было сидеть в прохладном уютном помещении, болтая с Пенелопой.

- Вы сказали, что ваши родители умерли. А кто же такой Лумис?

- Он был другом моего отца и деда. Он предложил свою помощь. Флинч нашел нас или мы нашли его в Форт-Гриффин. Он нам очень предан.

Это послужило мне ответом на один вопрос; если отвечу на другой - про дом напротив кафе - почувствую себя намного увереннее, хотя я предполагал, что знаю его разгадку. Я продолжал наблюдать за собакой, она была крупной, судя по виду и ее подозрительности, в ней текло немало волчьей крови.

Мы с Пенелопой поговорили о других вещах. Она рассказала о своем доме в штате Нью-Йорк, а я о Теннеси, но больше всего мы говорили об этих краях.

- Народ здесь грубый, мэм. Есть хорошие, есть плохие, многие сбежали на запад от своих проблем. Здесь можно встретить людей древнейших фамилий, великолепно образованных, они работают рядом с ковбоями, которые не умеют ни читать, ни писать. Плохо то, что многие приезжают, чтобы разбогатеть и вернуться домой. Им все равно, что они оставят здесь, лишь бы побольше заграбастать.

Я говорил и думал о том, что я ощущаю, сидя за одним столиком с такой девушкой - я, у которого нет ничего, кроме винчестера, револьвера, пары потрепанных одеял и взятого на время коня. И скорее всего ничего не будет.

- Я, пожалуй, пойду, - сказала она. - Мистер Лумис будет сердиться, если узнает, где я была.

- Со мной вам ничто не грозит, - ответил я, - но, мэм, я бы на вашем месте не полагался бы ни на кого. Есть такие, кто убьет лишь за то, что вы знаете о тайне Натана Хьюма.

- Мои дорогие родственнички? Я знаю.

- Не только они. Когда дело касается денег либо красивой женщины, доверять можно очень немногим.

- Вам тоже, мистер Сакетт?

- Меня называют преступником, - ответил я.

Глава 6

Капал мелкий дождичек, когда утром Флинч вывел лошадей. Было темно, лишь за тополями небо слегка посветлело. Под ними все еще царила ночь. Я привязал коня около повозки и с винтовкой в руке зашагал к заведению Пио.

Комната была освещена свечами. Здесь было тепло, чувствовался приятный запах готовящейся на плите еды. Заспанный Лумис уже сидел за столом, однако в глазах его не было и намека на сон. Отодвинув стул, я сел напротив него, но не успел опуститься, как торопливо вошла Пенелопа, я встал, помог ей усесться, а Лумис одарил меня темным, гневным взглядом.