Читаем Муссон Дервиш полностью

В конце ноября, когда сезон циклонов подошёл к концу, я был в Северном Мозамбике, намереваясь идти через пролив в Мадагаскар. У меня было пятьсот фунтов одежды, два доллара наличными и очень скудные запасы провианта. Я думал, что если сделаю всё быстро, то успею сделать рейс на Мадагаскар и уйти до прихода циклонов. Это означало идти против ветра на обратном пути, но, пережидать сезон дождей на Мадагаскаре, означало бы потратить весь мой капитал на проживание и снова оказаться банкротом. Я спросил благоразумного моряка, что он думает о сезоне циклонов в этом году. Он бросил на меня угрюмый взгляд из под густых бровей и с брезгливой миной заковылял проч, бормоча что-то о том, что это моя лодка а не его. Эх! Это точно! Это моя лодка и ничья больше. Чёрт с ним, один раз живём! Я вышел на Мадагаскар.

Рейс получился удачный. Проходя острова Мафия, я лишился ветрового рулевого. Ночью он запутался в длинной рыбацкой сети. Я нырнул под лодку с ножом, но, прежде чем я успел срезать сеть, триммер оторвался и утонул. Теперь мне нужны были встречные ветра, при которых Кехаар сам держит курс. И я получил их, лишь штили и встречные ветра на протяжении последующих двух тысяч миль. Переход через Мозамбикский пролив был быстрый, я бы даже сказал приятный. Пять дней, чтобы дойти до берега и ещё два, чтобы спрятаться в своём личном убежище в устье Барамахами в двадцати милях от Носи Бэ.

Глухой угол в Барамахами я выбрал не случайно. Я выбрал его своим личным портом входа уже давно. В этот раз я избегал встречи с властями Носи Бэ как дьявол избегает святой воды.

Их пошлины за оформление входа достигли совсем ненормальных размеров, у меня не было таких денег. К тому же у меня был груз. Они очень любопытны и всегда настаивают на том, чтобы подняться на борт. Несколько мешков одежды, которые были у меня в прошлый раз, легко было рассовать по лодке, но пять больших спрессованных тюков с наклейками «Канада» потребовали бы какого-то объяснения. Четыре месяца спустя я вернулся уже не с пятью, а с двенадцатью тюками. Пришло время использовать мой опыт хорошо прятаться.

Барамахами, идеальное место, тихая заводь с хорошо защищённой якорной стоянкой, небольшими глубинами и илистым дном и свободным от кораллов заходом, возможным в любое время суток. Вокруг нет поселений крупнее чем дюжина хижин. Три небольших приливных речки впадают в залив, по которым на пироге можно попасть во внутренние районы дикого полуострова, богатые рисом, кофе, мёдом и съедобной дичью. Там нет дорог, нет магазинов, ничего нет, но можно купить рис, кокосы, рыбу, лимоны и иногда курицу. Там очень спокойная жизнь.

Ночью берега Мадагаскара абсолютно черны, не видно ни огонька. Придя в полдень после ночного перехода по тёмным проливам вглубь залива Барамахами, я встал на якорь недалеко от зарослей мангров чтобы поспать несколько часов. Времени на отдых после перехода было немного. Мальгаши люди прямолинейные, любопытные и абсолютно не стеснительные. Где бы вы не бросили якорь, вскоре там появится пирога, выяснить, что можно с вас поиметь.

Обычная комбинация, старик и мальчик в рваной одежде, на самой трухлявой пироге, какую можно найти в деревне. Они приходят попрошайничать и начинают с того, что я называю «мальгашский гамбит»: - Сигареты? Рыболовные крючки? Футболка в подарок для моего мальчика?

- Извини, приятель. Нет ни сигарет, ни крючков, ни подарков. Есть кое-какая одежда, но это на продажу, мне нужны деньги. - И почём? Я показываю образцы и называю цену. Реакция всегда одинаковая — шок. - Эй, мужик ! Это очень дёшево!

Гамбит принят.

- Погоди, я смотаюсь за своей благоверной и деньгами. Скоро буду.

Они всегда возвращаются толпой на лучших пирогах, я делаю первые продажи и получаю бесплатную рекламу. Мамки, возвращаясь в деревню, идут похвалиться сделанными покупками. Когда, спустя час, я появляюсь в деревне, представляться мне уже не нужно.

Обходя таможенные пошлины, оптовиков и налоги я мог просить очень низкую цену, продавая качественный товар а не барахло. Я установил цену, триста процентов от инвестированных денег. Если на закупку товаров потрачено триста долларов, нужно выручить тысячу, учитывая потери от краж, порчи вещей, обмена валюты, подарков, взяток, скидок при оптовых покупках. Чтобы добиться этого, нужно покупать дёшево, невероятно дёшево. Дешёвые вещи также легче продать. Если вы купили футболку за доллар, то, чтобы получить прибыль, вы должны продать её за три, если вы заплатили за неё тридцать центов, можете продать её всего за доллар. Придётся продавать в три раза больше, но продать три футболки по доллару гораздо проще, чем одну за три. Мой бизнес процветал также за счёт людской жадности. Когда люди покупают что-то очень дёшево, они тратят гораздо больше, чем планировали.