Читаем Мурмир полностью

– Сейчас и мне смешно, – улыбаясь, проговорила Мауйя. – Но ты не представляешь, как страшно маленькому котенку, запутавшемуся в самую настоящую сеть. Я толком не могла пошевелиться, да ещё и размером была мала даже для котенка – так что боялась, что меня никогда не найдут. Или найдут, но не смогут освободить из этого комка ниток, с которым я заигралась. Какие только мысли не приходят в голову в детстве! Разумеется, мама нашла меня очень быстро и почти так же быстро освободила… Тогда я не поняла, почему она потом прятала от меня лицо, скрывая слезы…

Девушка как-то сразу погрустнела. Олег деликатно не стал задавать вопросы – он уже знал о том, что мать Мауйи лишилась возможности переворачиваться, когда родила дочь и о том, как это сказалось на них обеих. Поступок отца девушки он не мог оправдать. Впрочем, осуждал он и Марка – да, Олег тоже хотел детей, но, будь он мужем Мауйи, ни за что не стал бы требовать от неё какой бы то ни было жертвы. Особенно зная её историю. Хотя тут мужчина отчасти обманывал себя – на самом деле ему казалось, что, согласись Мауйя стать его женой, и возможность родить ему наследника перевесит все помехи. К тому же, если верить словам девушки, заболевание могло и не передаться ей от матери – то есть она не обязательно потеряет природное тело, родив ребенка. А раз с Марком женщина рисковать не хотела – значит, он не такой уж хороший муж. И Олег его за это осуждал. Не говоря уже о том, что тот пытался убить свою бывшую жену, которую, по его словам, по-прежнему любил. И даже то, что это не было решением об убийстве, а скорее этаким «побочным эффектом» от разрушения мира, оправданием не казалось. То есть в этом вопросе Олег полностью разделял чувства Мауйи. И думал, что это вполне может их сблизить.

Тем временем девушка снова задумалась и загрустила, и мужчина продолжал ехать, ощущая себя предельно одиноким. В такой напряженной, на взгляд Олега, атмосфере, они приехали на вокзал. Рассчитал он точно – до поезда оставалась пара часов.

– Перекусим? – спросил он Мауйю.

Та задумалась на несколько секунд, затем взглянула на часы и кивнула. Олег достал телефон и стал разыскивать на карте ближайший ресторан с хорошими отзывами.

– Не нужно, – прервала его Мауйя, заглянув через плечо. – Поедим на вокзале. Кажется, тут тоже неплохо, если верить вывеске.

Действительно, было на что посмотреть – еще не совсем рассвело, и в утреннем сумраке название ресторана сияло – и светом, и чистотой – так, словно это было не привокзальное кафе, а заведение на центральной улице города. Хотя, возможно, в этом городе так и было.

– Думаю, начать нужно всё-таки с кофе. Я не за рулем, а глаза всё равно слипаются. А ты и вовсе только около часа поспал за всё время.

Олег был полностью согласен с Мауйей, хоть и привык к подобному режиму сна – впрочем, жертвовать выходными ему давно не приходилось. К тому же кофе не только поможет сон прогнать, но и к беседе по душам отлично располагает. Так что Олег вышел из машины, открыл дверь своей спутнице, взял её под руку, и вместе они отправились в ресторан. То, что Мауйя никак не прокомментировала его галантность, мужчина счел хорошим знаком.

Ещё лучше всё оказалось в кафе – единственный незанятый столик стоял у окна, и сидеть Мауйе и Олегу пришлось рядом. Мауйя обрадовалась – вид из окна открывался как раз на перрон, значит, они точно увидят Марка, когда тот будет выходить – значит, можно не поджидать его на улице. Обрадовался и Олег – но совсем по другим причинам. Они заказали себе завтрак и кофе и коротали время за непринужденной беседой. Девушка, правда, отвечала довольно рассеянно и постоянно смотрела в окно – чаще, чем на своего собеседника, и это вызывало неприятные ощущения. Поезд, на котором ехал предполагаемый Марк, остановился прямо перед вокзалом. Повезло им и в том, что вагон этого мужчины встал как раз напротив окна, рядом с которым находился их столик – даже выходить необходимости не было. Тем не менее, Мауйя вышла на перрон, чтобы внимательно разглядывать всех выходящих пассажиров. Олегу пришлось задержаться –расплатиться по счету. Когда он вышел, перрон оказался почти совсем пустым, а Мауйя пыталась сдержать слезы и отворачивала лицо, чтобы он не заметил её состояния.

– Это не он, да? – спросил Олег, приближаясь к женщине. Та помотала головой.