Читаем Муки любви полностью

«Я убью тебя».

Все слышали, как Джек произнес это.

Мег разжала пальцы и уставилась на подсолнечное семечко у себя на ладони. Все тот же вопрос мучил ее, только теперь она адресовала его не своему мертвому дяде, а Джеку: «Зачем ты полез на чердак?»

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Джек поднял топор и опустил его вниз.

Послышался треск.

Удар отозвался в руке и плече. Джек вновь поднял топор вместе с поленом и со всего размаха ударил им по пню. Полено раскололось надвое.

Бездумный физический труд — вот в чем он нуждался теперь. Это поможет собраться с силами и прийти в себя после ужасного шоу, которое устроила эта сумасбродная семейка.

Джек вместе с Мег поведали девочкам печальную новость. Доступными детям словами рассказали о том, что у дяди Пита случился сердечный приступ, хотя у Джека и были сомнения на этот счет.

Впечатлительная Нора расплакалась, ища утешения в материнских объятиях. Малышка Дейзи положила большой палец в рот, а свободной рукой стала гладить сестру по спине, чтобы та успокоилась. Мари спросила о том, попал ли дядя Пит на небеса. Зная, каков будет его собственный ответ, Джек предоставил Мег право ответить на вопрос.

Хотя было довольно холодно, Джек колол дрова до испарины, сбросив с себя куртку из хлопчатобумажной ткани и вытирая лицо краем старенькой рубашки — еще студенческой поры.

Он распрямил спину, поглядел на дом и чертыхнулся.

— Я иду подсобить тебе, приятель! — прокричал издали Уинстон, неторопливо шагавший по лужайке и помахивавший на ходу рукой.

У него был вид благовоспитанного джентльмена, который отправился на прогулку в начищенных до блеска новеньких сапогах, вельветовых брюках и шерстяном жакете из шотландки, надетом поверх зеленого свитера с высоким воротом. Дополняла костюм охотничья шапочка с отворотами.

Джек крепче сжал пальцы вокруг рукоятки топора.

Уинстон встал перед ним, оглядывая результаты его труда.

— Сказал бы, что нужно пополнить запас дров для камина. Я бы пришел пораньше.

— В доме достаточно дров. — Джек поставил на пень очередное полено. — Просто хочется чем-то заняться.

— Видимо, людям с такими наклонностями, как у тебя, трудно пребывать без дела подолгу, — заметил Уинстон.

— С такими наклонностями, как у меня? — удивленно посмотрел на него Джек.

— Я имею в виду твое предрасположение к физическому труду. — Уинстон сложил на груди руки. — Потребность добывать хлеб насущный в поте лица. Делать добрую честную работу.

Какая снисходительная похвала!

— Мне не нужна помощь.

— Глупости. — Скользнув взглядом по обнаженным, блестящим от пота рукам Джека, Уинстон скинул с себя жакет и шапочку и бросил их на поленницу. — Итак, — он потер ладони, — есть еще топор?

— Нет, — ответил Джек, посмотрев на явно продрогшего адвоката, и расколол очередное полено.

Он видел скрытый смысл за предложением Уинстона помочь. Джек не замечал особого влечения Мег к Уинстону, хотя, возможно, просто выдавал желаемое за действительное… И Джек знал, что Мег всегда восхищала та легкость, с какой он брался за физическую работу.

Теперь и адвокат хотел доказать Мег, что как мужчина ни в чем не уступает ее бывшему мужу. Что ж, Джек был далек от того, чтобы мешать этой демонстрации мужских достоинств.

— Ладно, одолжу тебе свой, — сказал он, вручая топор сиявшему от радости Уинстону. И стал наблюдать, как тот выбирает полено для рубки.

— Должен признаться, что ты куда опытнее в этом деле, чем я, — заметил Уинстон и рубанул по чурбаку так, что отсек лишь тонкую щепку с краю. Топор скользнул лезвием по пню и вонзился в землю в одном дюйме от ноги горе-дровосека.

— Эй, Уинстон, эта штука острее острого, — предупредил Джек, отскочив на шаг в сторону.

— Господи, — выдохнул адвокат, покраснев от смущения.

Из чувства жалости Джек показал ему, как держать топор, как им взмахивать и с какой силой бить. После двух-трех неудачных попыток Уинстон начал усваивать урок.

Он закатал рукава свитера. Для своего возраста он имел вполне крепкое тело с натренированными мышцами.

— Как ты поддерживаешь форму? — спросил Джек.

Уинстон нанес завершающий удар по чурбаку и развалил его на два одинаковых полешка, одно из которых тут же водрузил на пень, чтобы расколоть на более мелкие части.

— Теннис, горные лыжи и, разумеется, гольф.

— Разумеется, — поддакнул Джек, мысленно прибавив: «Плюс ухлестывание за моей женой».

— Ты играешь в гольф, приятель?

— Ни разу не пробовал. Однажды мы с Мег пошли кататься на горных лыжах, но в этом занятии больше времени тратишь на ожидание подъемника, чем на катание. То ли дело обычный кросс. Еще мне по душе езда на горном велосипеде и бейсбол. А зимой я предпочитаю гимнастический зал.

— Великолепно. Очень важно быть всегда в движении. Это ключ к здоровью и долголетию.

Перейти на страницу:

Все книги серии Любовный роман (Радуга)

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное