Читаем Муха в самолете полностью

Подобрав пакет, хозяйка попыталась сунуть его назад, но не успела она поместить выпавшее внутрь, как из морозильника выпала новая «льдина», на этот раз окаменевшая пачка масла.

– Ой, беда, – заворчала Линда, – руки до хозяйства не доходят, работаю, как лошадь! А от Зинки какой толк? Плачу ей деньги, та берет и ни хрена не делает!

Я посмотрела на поднявшего шерсть Бакса.

– У тебя каждый раз так харчи вываливаются?

– Зинка, дура, насует под завязку.

– Чего же удивляешься реакции кота? – улыбнулась я. – Похоже, он у вас отличается острым умом и чрезвычайной сообразительностью, один раз получил по макушке крышкой и не желает повторения. Долбануло его чем-то замороженным по спине, вот он и отбегает прочь!

Линда замерла, потом расхохоталась.

– Верно! Мне и в голову не пришло!

– Самые простые решения на поверхности лежат, – сказала я.

Линда с треском захлопнула морозильник.

– Как ты сказала? Самые простые решения на поверхности лежат? И это верно! Собирайся!

– Куда?

– На работу.

– Куда? – еще больше удивилась я.

– Хватит кудакать, – рявкнула Линда, – ты портниха?

– Я?

– Вася так сказал. Оля швея, хочет в Москве службу найти.

– Да, да, – закивала я.

– Значит, поехали!

– Куда?

– Господи, – закатила глаза Линда, – на кудыкину гору, бить ворону. В твоей деревне все такие понятливые?

– В деревне?

– Ладно, колхозе, – захихикала Линда, выталкивая меня в прихожую. – Ты сегодня ходила работу искать?

– Да, – осторожно ответила я.

Линда, сопя, натянула на ноги короткие сапожки, выпрямилась и ехидно осведомилась:

– И нашла?

– Ну…

– Можешь не врать, ничего ты не нашла, – ухмыльнулась жена Васи, – в Москве без толкача никуда, небось по Ярославской дороге шлялась!

– Где?

Линда вышла на лестницу.

– Шевелись, храбрый портняжка. Неужели даже про Ярославку не слыхивала? Там строители кучкуются, гастарбайтеры. Только на шоссе бригадами нанимаются, соберутся человек по десять и предлагаются, одиночке не пристроиться. Тебе Вася говорил, чем я зарабатываю?

– Ну…

– Нахожу в столице людей, которые хотят квартиру или дом в порядок привести, – словоохотливо объясняла Линда, спускаясь вниз, – и бригаду собираю. Тут непросто, знать надо, кого на какую работу поставить. Если землю копать – это таджики, они лопатой, как экскаваторы, работают, лучшие штукатуры и маляры – украинцы, молдаване плитку кладут изумительно, а с паркетом кавказцы здорово работают, вот натяжные потолки только москвичи делают, и электрику им поручать надо. Усекла?

– В общем, да, – кивнула я.

– Сейчас у меня три бригады пашут, – восклицала Линда, открывая битую «четверку» с погнутым багажником на крыше, – а я между ними мотаюсь, одна на всех: и прораб, и дизайнер, и палач рабочим, и психотерапевт хозяевам! Одна нога там, другая здесь, только третьей конечности не хватает, да еще четвертую бригаду собираю, а ты раскладушку пролеживала за так, некуда было плиточника положить, я чуть не упустила его, спасибо, Ахмет на пол переехал, он не проблемный, всегда уступить готов. Плиточник этот прям короля из себя корчит…

– Я-то тебе никак пригодиться не могу, швеей наняться хочу!

– Она мне и нужна! – возбужденно воскликнула Линда, выруливая на проспект. – Слушай условия. Поскольку ты Васькина родственница, то жить станешь за полцены. Место на выбор, в большой комнате, у окна, но там еще три бабы кантуются, или в чулане, в нем темно, зато только одна софа влезла, хоть тресни, вторую не впереть!

– Лучше в кладовке, – быстро решила я.

– Мне все равно, – кивнула Линда, – я плачу по завершении работы, вычитаю за жилье и жратву, остальное твое.

Я кивнула.

– Хорошо.

– Вот и поладили! – воскликнула Линда. – Мне тебя сам бог послал, хотела ведь выгнать, когда поняла, что ты заразу принесла, а потом Васька про швею рассказал. Валька, св… Кинула меня, удрапала, деньги у хозяев сама взяла, гадина. Во, приехали! К Самсоновым!

Вклиниться в поток речи Линды было практически невозможно, пока мы шли к квартире заказчиков, я успела узнать, что ремонт на этом объекте закончен, остались некоторые мелочи. Наглая Линда, абсолютно не стесняясь, представлялась хозяевам архитектором-дизайнером и смело бралась за окончательную отделку помещения. Она покупала мебель, ковры, шила занавески. Вот с последними в этой квартире вышла незадача. У Линды работала швея, молчаливая Валечка, ловко управлявшаяся с шелком, парчой и велюром. Линда предполагала отправить ее к Самсоновым, в апартаментах которых завершились работы, «дизайнер» поджидала, пока рукастая Валечка сошьет портьеры на окна в коттедже на Рязанском шоссе, но неожиданно скромная швея выкинула фортель. Воспользовалась тем, что Линда перестала наезжать каждый день в коттедж, сляпала драпировки не к понедельнику, а намного раньше, еще в субботу, и, взяв у хозяйки гонорар, смылась домой. Линда обозлилась до крайности. Крыса Валечка прихватила не только свои кровные, но и процент, положенный «дизайнерше». А еще она поставила Линду в безвыходное положение. Рита Самсонова хотела праздновать Новый год в обновленной квартире, но без занавесок окна смотрелись голыми, и Маргарита пригрозила Линде: