Австрийская полиция даже зафиксировала на видео часть этой операции: деньги снимают со счёта в банке, меняют на доллары, проносят на борт самолёта «Австрийских авиалиний», который следовал 601-м рейсом по маршруту Вена - Москва.

Непосредственное участие в перевозке денег принимал наш старый знакомый Рудольфе Вайбль.

Круг замкнулся...

* * *

Как вы, наверное, уже догадались, компаньон Кошеля и представитель «Петройл энд Арабко», выторговывающий себе 750 миллионов долларов за посреднические услуги, одно и то же лицо - австрийский гражданин Рудольфе Вайбль.

Свои отношения с помощником премьера этот делец пытался использовать по полной программе. Именно через Кошеля он передал в «Белый дом» одно из обращений «Петройл энд Арабко».

Кошель, в свою очередь, добился того, чтобы это письмо попало к нему. Как помощник премьера по внешнеэкономическим связям, он лично взялся прорабатывать этот вопрос. В помощь себе пригласил заместителя руководителя черномырдинского секретариата М. И. Триногу.

При поддержке такой «тяжёлой артиллерии» австриец Вайбль наверняка сумел бы добиться своего.

Убеждён, что в случае победы 750 миллионов долларов были бы поделены между всеми, кто принимал в этом участие. Геннадию Кошелю достался бы не последний кусок...

Но жадность фраера сгубила. Мечты о миллионах так вскружили голову помощнику премьера, что он утратил чувство страха.

В марте того же 95-го года нам удалось перехватить адресованный Кошелю факс. Из его «родного» товарищества «Делия». «Братья по оружию» просили Кошеля помочь им заключить соглашение о поставке в Россию крупной партии сливочного масла. Опять же небезвозмездно.

Эта капля переполнила наше терпение. Если раньше мы считали, что следует дождаться каких-то более конкретных действий Кошеля, все задокументировать, то теперь стало понятно - медлить больше нельзя.

Дальнейшее нахождение Кошеля в «Белом доме» могло бы дорого обойтись государству. Коржаков, который с самого начала операции был в курсе всего, позвонил Черномырдину. Попросил, чтобы премьер принял меня.

В назначенное время я вошёл в режимную зону. Открыл тугую дверь.

Второе лицо в государстве читало подготовленную отделом «П» справку очень долго. Наконец сняло очки и воскликнуло:

- Не может быть! Я знаю этого человека.

- Как не может, Виктор Степанович. Вот все документы.

Черномырдин пробежал глазами бумаги, устало потёр лоб и изрёк:

- Какой негодяй!.. Не волнуйтесь, я разберусь. И разобрался.

Через некоторое время он вновь вызвал меня.

- Кошель все отрицает. Утверждает, что, как только пришёл в правительство, тут же подал заявку на выход из числа акционеров. Просто документы очень долго идут.

О попытках лоббировать интересы западных фирм Черномырдин не произнёс ни слова. Видно, ему самому было невыгодно поднимать эту тему. Потом я понял почему.

- Кошель плакал, как ребёнок. Просил его простить.

«Больше всего, - говорит, - мне стыдно за то, что я подставил вас». И тем не менее я приказал ему написать заявление «по собственному».

Геннадий Кошель действительно написал заявление. С должностью черномырдинского помощника ему пришлось проститься. Но только с должностью. Из «Белого дома» его так и не выгнали. Сделали представителем Оренбургской области в правительстве. (Благо, в Оренбурге он начинал свою карьеру. Прошёл от второго секретаря Центрального райкома ВЛКСМ до зав. отделом обкома партии.) Такими людьми, как Кошель, не бросаются. Уже после увольнения из Службы я узнал: как только СБП разогнали, Кошель вновь всплыл на поверхность. Его назначили... руководителем секретариата вице-премьера и шефа аппарата правительства, «всемогущего» НДР-овца Владимира Бабичева.

Недаром в народе говорят: рыбак рыбака видит издалека.

Стоит ли удивляться тому, что после выхода моего интервью в «Московском комсомольце», где я вкратце рассказал историю Кошеля, Черномырдин весьма бурно отреагировал на публикацию.

- Никого там, ничего, - кричал с трибуны премьер-министр. - Ни коррупции не было. Просто нужно было наехать какой-то частью на Черномырдина. Все ко мне подбирались со всех сторон. Это мракобесие, которое разворачивается и цепляет, выдёргивает по одному.

Однако рисковать и на сей раз не стал. Убрал Кошеля из правительства в... «Газпром». Как говорится, газета помогла.

Вечный и. о.

Народная примета гласит: пришла весна или осень - жди президентского «похода против коррупции».

Правда, «походы» эти носит весьма оригинальный характер. Высокопоставленных чиновников, снятых в ходе таких кампаний, можно пересчитать по пальцам - Кобец, Кох, Ильюшенко, Казаков, Бойко.

Все остальные «бизнесмены от власти» продолжают разъезжать на машинах с мигалками и трёхцветными номерами. И ждать очередной весны или осени, как дети в пионерлагере ждут вечернего показа художественного фильма «Призрак замка Моррисвиль». Показушность походов известна им слишком хорошо...

Дело бывшего и. о. генерального прокурора Ильюшенко, безусловно, войдёт в историю России: никогда ещё в камере СИЗО не оказывался человек столь высокого ранга, вдобавок поставленный отвечать за закон.