Читаем Мореходка полностью

Мы следуем дальше, периодически меняя лоцманов. Каждый из них обслуживает определённый участок пути. Бывает, что лоцманов двое. Один из них отдыхает в дежурной каюте, а второй ведёт проводку. Потом они меняются. Впереди у нас ещё трое суток пути в этом горном лабиринте. Говорят, что если вы хотите побывать в горах на корабле, то это про Норвегию! Точно сказано! Хотя с утра погода испортилась и нас мочит мелкий нудный дождик, окружающие нас горы всё равно великолепны! Они огромные, величественные и суровые, с шапками снега на склонах. Их вершины прячутся среди серых облаков. Насколько горы огромны, понимаешь, когда видишь крохотные домики, прилепившиеся к их склонам. Временами мы выходим на открытые пространства Норвежского моря, и тогда опять начинается болтанка! Но вскоре мы опять укрываемся за скалами и продолжаем петлять среди тишины и спокойствия каменных исполинов. Радиосвязь здесь плохая. Горы очень сильно мешают прохождению радиоволн. Сегодня мы полтора часа вызывали Ленинград, чтобы сдать всего лишь одну радиограмму. На открытом пространстве нам это, наконец, удалось сделать. Теперь мы опять идём среди гор, и связи не будет. Коротаю время, занимаясь отчётом. Он уже занимает много листов, и скоро я его закончу. Дни тянутся медленно. Так и хочется подтолкнуть наше судно, чтобы двигалось быстрее к родным берегам! Каждый мой день как две капли воды похож на предыдущий: подъём, радиорубка, отчёт, отбой. Но скоро всё измениться! Надо только немного потерпеть.


А мы уже, оказывается, за Полярным кругом! Ночи становятся всё светлее – полярный день как-никак! Пейзаж вокруг нас становится более суровым и мрачным. Всё больше снега на вершинах гор. Всё меньше домиков на их склонах. Правда, сегодня утром мы проходили какой-то городок. Здесь, между двумя берегами фьорда, был перекинут высокий и очень длинный железобетонный мост. Не знаю почему, но мы минут двадцать постояли перед ним на якоре, а потом отправились дальше. Места кругом дикие, безлюдные. Навстречу нам прошли четыре норвежских торпедных катера. Видно, где-то здесь у них есть база. Вдруг нам навстречу несётся военный сторожевой катер! Над ним развивается флаг NATO. На нашей мачте красный флаг с серпом и молотом. Натовский катер не сбавляет скорости, идёт почти в лоб! За штурвалом виден вояка в форме хаки, с тёмными очками на наглом лице. Решил проверить нас на прочность? Ну, ну! Места для манёвра предостаточно, чего этот камикадзе от нас хочет? Следуем своим курсом. Расходимся левыми бортами. Натовский катер проносится метрах в четырёх от нас. Норвежский лоцман что-то бормочет про себя, наверное, посылает этого лихача крепким тихим норвежским матом! Вот над нами пролетел небольшой норвежский самолёт-наблюдатель. Точно, где-то здесь у них есть военная база! Ишь, заволновались! Да, если нужно будет, вы нашу подводную лодку и не увидите вовсе, а база ваша уже будет условно уничтожена из подводного положения, пока вы тут в «казаков-разбойников» играете! А завтра мы вообще о вас забудем, потому что будем уже в Баренцевом море! А там и до Мурманска рукой подать!


CXL.


С чего начинается Родина? Для нас Родина началась с хорошей солнечной погоды! Мы входим в территориальные воды Советского Союза в Беринговом море. Мы уже почти дома! Вдруг по правому борту замечаем дельфинов! Надо же, здесь на Севере они тоже есть! Раньше я думал, что они живут только в тёплых водах. Но, в принципе, здесь тоже проходит тёплое течение – Гольфстрим. Поэтому Мурманск считается незамерзающим морским портом. Дельфины некоторое время сопровождают нас. Привет вам, братья по разуму! Спасибо, что вышли нас встречать! Мы тоже вам рады!


Скоро мы увидим родные берега! А пока я добью свой многострадальный отчёт! Как он мне надоел! Но дело сделано! Все мои трёхмесячные мучения собраны теперь в одной толстенной папке. Разложил все листы по порядку и пронумеровал страницы. С писаниной покончено! Теперь есть, что показать в Училище!

А в иллюминатор уже видно берег! Наш берег! В четыре часа вечера мы взяли на борт лоцмана и по Кольскому заливу пошли в Мурманск. Кругом сопки. Проходим два небольших городка: Полярный и Североморск. Видели большую дизельную ракетную подводную лодку. На одном из островков залива стоял необычный памятник – на бетонном постаменте настоящий гидросамолёт! Так, потихонечку, мы дошли до рейда Мурманска и присоединились к длинной веренице судов, ожидающих разрешения на заход в порт. Мурманский порт окружён сопками. На противоположном от порта берегу видны полузатопленные ржавые остовы старых военных кораблей. Из воды поднимаются их носовые части, с боевыми рубками и мачтами. Зияют провалы сорванных металлических дверей и разбитые иллюминаторы. Это кладбище военных кораблей. Город расположен выше порта, на сопках. Видно много домов, высоченную мачту телевизионного ретранслятора. А на самом верху сопки огромный памятник советским воинам-защитникам Заполярья. Его здесь тоже называют «Алёшей», как в песне: «Стоит над горою Алёша …»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отто Шмидт
Отто Шмидт

Знаменитый полярник, директор Арктического института, талантливый руководитель легендарной экспедиции на «Челюскине», обеспечивший спасение людей после гибели судна и их выживание в беспрецедентно сложных условиях ледового дрейфа… Отто Юльевич Шмидт – поистине человек-символ, олицетворение несгибаемого мужества целых поколений российских землепроходцев и лучших традиций отечественной науки, образ идеального ученого – безукоризненно честного перед собой и своими коллегами, перед темой своих исследований. В новой книге почетного полярника, доктора географических наук Владислава Сергеевича Корякина, которую «Вече» издает совместно с Русским географическим обществом, жизнеописание выдающегося ученого и путешественника представлено исключительно полно. Академик Гурий Иванович Марчук в предисловии к книге напоминает, что О.Ю. Шмидт был первопроходцем не только на просторах северных морей, но и в такой «кабинетной» науке, как математика, – еще до начала его арктической эпопеи, – а впоследствии и в геофизике. Послесловие, написанное доктором исторических наук Сигурдом Оттовичем Шмидтом, сыном ученого, подчеркивает столь необычную для нашего времени энциклопедичность его познаний и многогранной деятельности, уникальность самой его личности, ярко и индивидуально проявившей себя в трудный и героический период отечественной истории.

Владислав Сергеевич Корякин

Биографии и Мемуары
Лев Толстой
Лев Толстой

Биография Льва Николаевича Толстого была задумана известным специалистом по зарубежной литературе, профессором А. М. Зверевым (1939–2003) много лет назад. Он воспринимал произведения Толстого и его философские воззрения во многом не так, как это было принято в советском литературоведении, — в каком-то смысле по-писательски более широко и полемически в сравнении с предшественниками-исследователя-ми творчества русского гения. А. М. Зверев не успел завершить свой труд. Биография Толстого дописана известным литературоведом В. А. Тунимановым (1937–2006), с которым А. М. Зверева связывала многолетняя творческая и личная дружба. Но и В. А. Туниманову, к сожалению, не суждено было дожить до ее выхода в свет. В этой книге читатель встретится с непривычным, нешаблонным представлением о феноменальной личности Толстого, оставленным нам в наследство двумя замечательными исследователями литературы.

Алексей Матвеевич Зверев , Владимир Артемович Туниманов

Биографии и Мемуары / Документальное