Читаем Монтенегро полностью

Да, они были не виноваты: война. Война, сделавшая живого и более-менее здорового мужчину сверхценностью, а с другой стороны, советская идеология, сломавшая все родовые институты, все границы между семьёй и обществом, хотя и утверждалось, что семья – его ячейка. Только стены у неё были совершенно прозрачные. Общество вмешивалось во всё, и под этим безжалостным светом не оставалось сокровенного. Женщины лишились Таинств. Дети продолжали рождаться, их было много, и соотношение полов постепенно пришло бы к нормальному.

Но выкованные в огне Второй мировой первые мужеженщины, задавшие тон последующим поколениям, если бы даже и порывались, не смогли бы вернуться к своим обязанностям Хранительниц Домашнего Очага. С одной стороны, их поощряли во всём, что было ранее только мужским делом. Даже если это приносило вред их здоровью – но такова и была цель.

Женщина – это родильный станок, но не воспитатель. Государство воспитает. По шаблону. Женщина – это рабочие руки, причём выгодные, потому что она привыкла тянуть – и тянет. А чтобы не побуждать опять внутрь себя заглядывать и пространство организовывать, её специально ориентировали вовне.

И эти самые женщины были твёрдо уверены, что умеют воспитывать новых Мужчин. Неясно, с какого момента система перехитрила саму себя… Ясно только, что от противоречивых установок потерялся даже образ того Мужчины, которым они хотели бы видеть своих сыновей.

Страх повторения послевоенных потерь инспирировал знаменитое «хоть какой мужичок, пусть плохонький, да свой» – а с другой стороны, вот такое отношение породило обесценивание и силы, и авторитета мужчины не в одном поколении мужебаб, которые видели только эту модель: брюки в доме быть должны, чтобы как у всех, но на самом деле всем заправляет мать. А мужчина, ну что мужчина. Ну, будет война – он должен быть не уставший. Не трогай его особо. И не слушай так чтоб сильно, пока мирное время – мы и сами что угодно можем.

И женщины натягивали, натягивали брюки на себя самих…

Сбитые изначально установки и провоцировали такое раздражение в юных девушках: им говорили, что вот Мужчина, и его нужно очень хорошо обслуживать в быту, вроде как (почему-то?) он главный, но на самом деле смотри, как мама и бабушка всё тянут, и ты тоже тяни. Естественно, случался бунт: «Мужчина бесполезен? Зачем он мне?» Девушка влюблялась, выходила замуж и… не имея нужной модели, со вздохом выстраивала ту же самую: катила свой камень в гору, оставляя Сизифа недоумённо хлопать глазами позади. А он, изрядно выдрессированный с детства авторитарными (и одновременно опекающими) женщинами, и сам не мог понять, что же не так в этом вставшем с ног на голову мире.

Мужчины включились в эту женскую игру с жизнью.

И проиграли.

Проиграли на старте жизни – ребёнок в лоне матери начинает формироваться вначале в женском варианте, а уже потом он преобразуется в мужской. И потом всю жизнь мужчине нужно утверждать своё мужское состояние. Поэтому и говорят: «Женщинами рождаются, а мужчинами становятся».

И вот как Бенедикту в такой женской, нет, не женской, а мужебабской Семье стать Мужчиной?

Никак…

Только через преодоление.

Через преодоление зажатого и сломанного себя, мужебаб и перевёрнутого с ног на голову общества.

Да, с Ольгой Фёдоровной будет трудно. Она не даст мужчине рычаги управления своей жизнью. Жалко Юлию: какой несгибаемой внутренней силой должен обладать некто, кому она приглянётся, – ведь ему придётся противостоять Опыту, Педагогике, Материнской Любви, стервяцким установкам бизнесвумен, и всё это в одном флаконе. Ему нужно будет стать сильнее двоих мужеженщин одновременно.

Да-а-а… Чаще так и происходит. И мужчины, подраненные своими мужественными мамами и сёстрами, проигрывают в семейных отношениях один за другим… И ломаются совсем. Чаще всего алкоголь и побег из семьи. Реже, но тоже много – игромания, наркотики, ранняя смерть.

Откуда появится такой Герой, который преодолеет все эти препятствия? Действительно Герой! Ведь ему, прежде чем прийти в эту Семью, придётся пройти горнило мужеженщины, своей матери, и такого же мужебабского общества: детского сада, школы, вуза, начальницы на работе.

А это мужчине, искорёженному ещё в утробе своей матерью, сделать практически невозможно.

Мастер задумался над тем, что мама Бенедикта во всех отношениях и прекрасна, и достойна любви. Возможно, его будущая книга принесёт пользу и партнёрам мужебаб. Или тем, кто испытывает к ним интерес, чувства. Поможет не только распознать, что же за странное существо им досталось, но и выправить ситуацию, помочь Женщине вновь осознать себя, возродить в себе свет Хранительницы. А для этого нужны действительно веские причины.