Джон Сёрл своей книгой «Minds, Brains and Programs», сразу же включенной в «The Behavioral and Brain Science», том III, Cambridge University Press, изданной в 1980 году (то есть 15 лет назад), вызвал настоящий переполох, или, если кто-то предпочитает более мягкое определение, полную разногласий бурю в среде американских исследователей Artificial Intelligence. Я, намереваясь положить на операционный стол clous[110] его статьи, название которой соответствует титулу этого эссе, не буду здесь приводить порядка 28 реплик и диатриб, которыми общество AI в США пыталось «уничтожить» выводы, каковые, по мнению Сёрла, вытекают из его книги. Я также не хотел бы произвести такое впечатление, что являюсь якобы умнее всех исследователей этого круга проблем, работающих во всех (без малого) университетских центрах, но amicus Plato, sed magis amica veritas.[111] Если кто-то увидит возможность опровержения моего секционного вывода в пользу Сёрла, то я буду одновременно очень удивлен и доволен, потому что это совсем невыгодная вещь — возвышаться над собранием мудрецов.

Перехожу ad rem.[112] Сёрл хотел сказать, что возможно точное подражание ПОНИМАНИЮ текста, который на самом деле человек, занимающийся его составлением, вообще не понимает. Он сделал это в вымышленном эксперименте, описание которого я читал два раза для большей уверенности в понимании дела МНОЙ САМИМ: первый раз — в оригинальном труде Д.Р. Хофштадтера и Д. Деннетта «The Mind’s I»,[113] а второй — в хорошем немецком переводе «Einsicht ins ich». — Klett-Coa Verlag, 1981.

2

Дело выглядит таким образом. Сёрл, зная английский, но никак не китайский, заперт в комнате и получает поочередно ТРИ пакета карточек, исписанных знаками китайского письма. Эти знаки в его глазах ничем не отличаются от нагромождения бессмысленных каракулей. В первом пакете он получает написанные по-английски инструкции, каким образом он должен другие знаки из второго пакета привести в соответствие со знаками первого. Наконец, он получает третий пакет страниц, также с китайскими символами и с инструкцией по-английски, которая дает ему возможность сделать определенное упорядочивание знаков третьего пакета в соответствии со знаками двух первых. Сёрлу необязательно знать, что тот, кто ему всё это дал, называет первый пакет «письмом» («Script», «Schrift»), второй — «рассказом», а третий — «вопросами», касающимися этого рассказа. Поступая чисто формально, то есть раскладывая одни знаки в соответствии со вторыми и третьими, Сёрл получает уже саму запись, которую ТАКЖЕ абсолютно не понимает. При этом по мнению лиц, знающих китайский язык и письмо, в комнату попал рассказ, а из комнаты вышли разумные и складные ответы на вопросы, касающиеся содержания этого же рассказа, ХОТЯ манипулирующий знаками-карточками человек НИЧЕГО в китайском письме не понимает и не знает. Из этого можно сделать вывод, что манипулятор в комнате действует подобно компьютерному hardware, а инструкции на английском языке представляют ПРОГРАММУ (software), и уже из этого видно, что можно толково отвечать на китайские вопросы, относящиеся к китайскому рассказу, вообще не понимая китайского, и это должна быть модель работы компьютера.