Читаем Молчаливый полет полностью

Молчаливый полет

Наши предки не знали дорог,А ходить приходилось помногу —Только мамонт и злой носорогИм протаптывали дорогу.Но уже и тогда из берлогДевы бегали к лунному рогуНа свиданье за темный порогВынося оголенную ногу.И у древних, где властвовал рок,Где пространство таило тревогу,Где любимейших женщин в залогОставлял путешественник богу,Даже там, от молитвенных строк,Облаченная в тонкую тогу,Дева серной неслась по отрогНа условленную дорогу.И из парка, что пышен и строг,Вслед английскому чуткому догу,Шла ты вновь на охотничий рогИзменять золотому чертогу.И по взморью, где свеж ветерок,Ты любовную знала дорогу,Что недолго твой юнга берег,И пожертвовал черту да грогу.Отпечатки девических ногВ путь свиданий слились понемногу,И могучею сеть он легИнженерам земным на подмогу. —Нам не надо их скучных дорог:Если любим, то знаем дорогу!

23 марта 1925

Гость[157]

Гость вечерний, гость последний,Гость по имени Ничто!Легкий звук шагов в передней,Звук, рождаемый мечтой…Чуть скрипят дверные петли,Чуть мерцает ручек медь…Чудный гость за дверью медлит,Сердце рвется посмотреть!Из окошка втихомолку,Нитью сердца моего,Лунный свет скользит за щелкуИ не видит никого.Если дремлю, если сплю я,Если дверь не заперта,Веют крылья поцелуяВкруг пылающего рта.Утром платы гость не просит,Но — в награду за любовь —По частям мой дух выноситИ высасывает кровь.Тихий, бледный, незаметныйДемон радости ночной…Нет, уж лучше выкуп медныйБросить девке площадной!

26 марта 1925

Памяти Брюсова[158]

Тиран покорных кирпичей,Строитель Сухаревой башни,Ответь: ты наш или ничей,Ты нынешний или вчерашний?Как будто не было «вчера»,Как будто снова метят датыИ снова противу ПетраБунтуют вольные солдаты.Пускай забава палачаВ царе не нравится милорду —Он рубит головы с плеча,И клейма жжет, и лупит морду,И башня — в память мятежа,Покуда тешится хозяин, —Опальный город сторожа,Встает из северных окраин.Здесь будет жить начетчик Брюс,Дитя Европы легендарной,Кому купец-великорусОбязан книжкой календарной.Весь век, до вечера с утра,Прожив на Сухаревском рынке,Немало сказок про ПетраКупец расскажет по старинке.Небрежным сплевывая ртомНа исторический булыжник,Он нам поведает о том,Как жил и умер чернокнижник.Но, с ним по имени един,Хоть из среды великоруссов,— И тоже Сухаревки сын —От нас ушел Валерий Брюсов…Так пусть народная молваК легендам новый сказ прибавитИ по Мещанской тридцать дваКвартиру милую прославит!

29 марта 1925