Читаем Мой путь в рай полностью

Я сидел и несколько минут смотрел на снег. Завала перестал всхлипывать. Изредка он продолжал кашлять. Полумесяц самого большого спутника ушел за горизонт - его свет серебрил раньше иглы сосен, - и видимость ухудшилась. На расстоянии на краю каньона шевельнулась тень; что-то четвероногое, с пушистым хвостом - больше оленя или ягуара, скорее как небольшая лошадь. Животное легко перемещалось по снегу от одного дерева к другому, принюхивалось, приближалось ко мне. Я не мог определить, что это такое: по форме волк, но крупнее и массивнее - скорее медведь. Что это за животное? Но тут я сообразил, что такого никогда не видел на Земле. Симулятор создал изображение какого-то местного хищника. Самураи уже проделывали с нами такое, натравив на нас кава но риу - речного дракона. Я прицелился и выстрелил дважды, попав животному в брюхо. Оно зашипело, зарычало, начало бегать по кругу, разбрасывая снег и хватая пастью воздух. Потом бросилось по снегу вверх по склону. "Вероятно, вернется с десятком голодных приятелей", - подумал я.

Я отключил лазерный прицел.

Передо мной в каньоне ничего не двигалось.

Перфекто крикнул: "Ябадзин!" в микрофон шлема, голос его был так близко, что я лег. Посмотрел вверх. Никого поблизости. Вероятно, еще несколько сотен метров.

- Я достал его! - крикнул Гектор.

- Он хитрит! - ответил Перфекто.

Кто-то получил удар по голове, затрещал шлем.

- Попал! - закричал Гектор. Кто-то несколько раз тяжело выдохнул.

- Ладно, можешь перестать его бить, - сказал Гектор.

Перфекто ответил:

- Будь он проклят! Как Хуанита?

- Она мертва. У нее сломана шея.

- Будь проклят этот самурай! - сказал Перфекто.

Я удивился. Перфекто раньше никогда не бранился, никогда даже непристойностей не произносил.

- Что случилось? - спросил я.

- Мы вышли на него с обеих сторон, - ответил Перфекто. - И все трое начали стрелять. А он продолжал вертеться кругами, чтобы компьютер потерял цель, прежде чем лазер прожжет его броню, потом ударил Хуаниту по голове...

- Один пытался это сделать со мной несколько минут назад, - сказал я.

- Как ты с ним справился? - спросил Перфекто.

- Цезарь выстрелил ему в спину, когда он не смотрел.

- Хитрые эти самураи, - сказал Гектор. - Новым трюкам учат, только когда вынуждены. Мы должны гордиться, если они открывают нам одну из своих тайн. Они нам пригодились бы.

- Понимаешь, что это значит? Вначале мы должны стрелять плазмой, чтобы они легли, и только потом приканчивать лазерами, прежде чем они встанут.

- Ненавижу эти ограничения в оружии, - сказал Гектор. - Все удовольствие от убийства человека отнимают.

- Si - согласился Перфекто. - Но посмотрим и на светлую сторону: осталось убить одного самурая, и мы разбогатеем.

Гектор спросил:

- Где ты, Анжело?

- У разбитой машины, - ответил я. Завала сильно закашлялся, стараясь удалить жидкость из легких.

- Оставайся на месте. Мы идем к нашей машине. У тебя будем через несколько минут.

- Si - сказал я. - Между прочим, пора прикончить Завалу. Кончить его мучения.

- Ладно, - сказал Перфекто.

Я не замечал, как согрелся во время схватки, но теперь мне снова стало холодно. В щели моего защитного костюма набился снег, ноги сильно замерзли. Руки окоченели, и я стал методично сгибать их. С тоской поглядел на языки пламени над машиной. Нельзя ли согреться там?

Я смотрел на красное сияние и вдруг понял, что что-то не так: огонь и дым казались реальными, но никакого пепла, никакой сажи на меня не падало. Но пепел должен падать. Изредка искусственный разум корабля допускает такие ошибки, не обращая внимания на мелкие детали. Посмотришь на горсть почвы и не найдешь насекомых или червей. Корабельный ИР не может создать полную иллюзию. Он ведь основывается на картах, уравнениях и несовершенной памяти самураев. Мне показалось, что я каким-то образом могу этим воспользоваться. Если я смогу преодолеть иллюзию симулятора, это поможет мне победить самураев.

Я подумал о деньгах. Если убьем последнего самурая, выигрыш придется разделить на три части. Все равно получится 30.000 МДЕ - столько я в среднем зарабатывал за год, продавая лекарства в Панаме.

Прошло двадцать минут. Мы уже находились в симуляторе лишнее время, в боевом помещении сидит новая группа учеников. Я представил себе, как они толпятся у монитора, ожидая, что мы убьем последнего самурая. Пока что ни одной группе не удавалось добиться такого преимущества, как у нас. Наш проигрыш кажется невероятным. Но я все же не смел надеяться на победу. И в любую секунду ожидал выстрела последнего снайпера.

В голове прозвучал вызов комлинка. Я вздрогнул. С того времени как я покинул Панаму, я не получил ни одного вызова, и это имело смысл: все вызовы остаются в мониторе в моем доме в Панаме. Я включился.

Треск горящего судна стих. Послышался грубый хриплый голос:

- Говорит Хименес Мартинес, адъютант генерала Гарсона. Генерал попросил задать вам еще несколько вопросов.

- Si, прекрасно, - ответил я. Отвечать на вопросы мне не хотелось, но я подумал, что узнаю что-нибудь о состоянии Тамары.