Читаем Модели культуры полностью

Размер и сроки ответного дара зависели от знатности семьи, количества рожденных в браке детей и многих других обстоятельств, которые у каждого брака были свои. Так или иначе, сам ритуал был строго прописан и разыгрывался как настоящее зрелище. Отец жены готовился к ней годами. Когда наступал срок, он требовал со своих должников исполнение обязательств и в обилии собирал еду, одеяла, сундуки, тарелки, ложки, котлы, браслеты и медные пластины. Браслеты привязывались к палкам, по десять штук на каждую, а ложки и тарелки связывались длинными веревками – «якорными тросами каноэ». Родственники отца жены собирались, чтобы поддержать его и принять участие в этом представлении, а родственники со стороны зятя в полном составе, облаченные в праздничные одежды, выходили на помост его дома, с которого открывался вид на пляж. Родственники отца жены сооружали на пляже «каноэ» – выложенный на песке квадрат со стороной более 30 метров, из крышек старинных церемониальных коробов, которые украшались изображениями морд животных и зубами морских выдр. Они сносили к этому каноэ все собранные родственниками тестя дары. С передних концов этого каноэ к помосту дома зятя протягивались якорные тросы с привязанными к ним деревянными тарелками и ценными ложками, сделанными из рога горного козла. Все родственники со стороны тестя заходили в каноэ, и они и родственники зятя пели по очереди свои ценные песни. Жена, то есть женщина, чей выкуп теперь возмещался, стояла в каноэ вместе со своими родителями, нагруженная украшениями, которые она несла своему мужу. Самым важным танцем этого праздника был ее танец, во время которого она демонстрировала свои украшения: сделанное из раковины абалона кольцо в носу, столь огромное, что его пришлось привязать к ушам для дополнительной поддержки, и серьги, столь тяжелые, что их пришлось привязать к ее волосам. По завершении танца, отец ее вставал и передавал право на все находившиеся в каноэ вещи своему зятю. Самой важной частью имущества была маленькая шкатулка, в которой находились символы привилегий религиозных обществ и имена, которые переходили во владение зятя, чтобы потом быть переданными его детям.

Как только право собственности на все имущество переходило к зятю, его друзья бросались на каноэ с топорами и разрубали одну из крышек сундуков, крича: «И вот, наше нагруженное каноэ разбито», а зять отвечал: «Будем же радоваться». Это называлось «потопить каноэ» и знаменовало, что зять тут же раздаст все находящиеся в нем богатства членам племени, то есть отдаст под проценты, чтобы еще больше приумножить свое достояние. Это было наивысшим успехом для любого мужчины, и принадлежащая зятю песня, которую он поет по такому случаю, выражает торжество вождя на вершине своей власти:

Честолюбивый мужчина стремился жениться четыре раза, чтобы обрести как можно большее количество ценных привилегий и собрать ответные дары за выкуп невесты. Даже если стороны хотели заключить подобный союз, а подходящей дочери не было, передача прав все равно могла состояться. Мужчина женился на, как они говорили, «левой ноге», «правой руке» или любой другой части тела его будущего тестя. То есть ненастоящую свадьбу играли с теми же обрядами, что и настоящую, и таким образом происходила передача всех привилегий. Из этого становится ясно, что на Северо-западном побережье брак превратился в формальный способ передачи привилегий. Однако еще поразительнее рассказы о межплеменных браках, которые приводили к войне из-за зависти. Брак знатной женщины с мужчиной из другого племени означал для ее народа потерю танцев и привилегий, которые они бы очень не хотели отдавать кому-то другому. Так, однажды племя, от которого отец невесты изначально получил права на их танец, оскорбилось тем, что он может перейти к вождю вражеского племени. Они притворились, что устраивают пир, и пригласили на него отца невесты и его соплеменников. Когда все собрались, они напали на гостей и убили отца невесты и многих его друзей. Таким образом они предотвратили передачу права на этот танец вражескому вождю, который получил бы их впоследствии через брак в качестве уплаты долга за выкуп невесты. Впрочем, вождь, который из-за смерти тестя лишился права на желанный танец, решил так просто не сдаваться. Он заключил другой брак – с дочерью мужчины, который убил его тестя, и поэтому снова заявил свои права на этот танец. Таким образом, он получил танец, который хотел приобрести еще в первом браке.