Нам трудно отложить в сторону нашу картину мира, заключающуюся в борьбе добра и зла, и посмотреть на мир, каким его видят пуэбло. Ни смена времен года, ни человеческая жизнь не видятся им, как гонка жизни и смерти. Жизнь есть всегда, смерть есть всегда. Смерть не отрицает жизнь. Времена года разворачиваются перед нами, как и человеческая жизнь. В их отношении к жизни «нет смирения, нет подчинения желаний более могущественной силе, но есть чувство единения человека со вселенной». Во время молитв они обращаются к богам:

Они делятся с богами сокровенными мыслями об отношениях между ними:

Они говорят о том, чтобы разделить с богами дыхание:

Дыхание богов есть их дыхание, и тем, что они все разделяют, они всего добиваются.

Как и в отношениях между людьми, в отношениях человека и вселенной нет места героизму и желанию человека преодолевать препятствия. Он не видит ничего святого в тех, кто

У их вселенной свои благодетели, и они необычайно последовательны. Те, что оказались не к месту, объявлены в их вселенной вне закона. На маленьком, но давно устоявшемся островке в Северной Америке они создали цивилизацию, чей образ определяется чередой выборов, типичных для аполлонического начала, что находит непреодолимую радость в соблюдении формальностей и живет умеренно и трезво.

<p>Глава 5</p><p>Остров Добу</p>

Остров Добу относится к архипелагу д’Антркасто и расположен в южной части восточного побережья Новой Гвинеи. Добуанцы являются одним из самых южных народов северо-запада Меланезии – территории, наиболее известной по многочисленным работам доктора Бронислава Малиновского, посвященным островам Тробриан. Два этих архипелага расположены так близко друг к другу, что народы Добу плавают к тробрианцам с торговыми экспедициями. Но это народ иной среды и иного нрава. Тробрианские острова – это плодородные низменные земли, на которых можно жить беззаботно и в достатке. Почва благодатна, а тихие заводи полны рыбы. Тем временем Добу представляет собой возвышающиеся над водой вулканические скалистые куски суши, на которых можно найти лишь скудные участки почвы и рядом с которыми почти нет рыбы. Население пытается выжать из природных ресурсов все возможное, несмотря на то что маленькие, разбросанные по всему острову деревушки в дни наивысшего расцвета насчитывали не более двадцати пяти человек, а сейчас это число сократилось вдвое. Народы же густонаселенных Тробрианских островов комфортно живут большими тесными общинами. Местные белые вербовщики смотрят на добуанцев, как на легкую добычу. Из риска остаться голодными в родных краях они легко соглашаются на рабский труд. Они привыкли к простой и скудной пище, так что пайки, которые они получают за работу, не склоняют их к мятежу.

Однако среди жителей соседних островов добуанцы известны не своей бедностью. Они знамениты скорее тем, как они опасны. Говорят, что они маги, обладающие дьявольской силой, и воины, что предадут тебя, не раздумывая. Несколько поколений назад, еще до прихода белых, они были каннибалами, и это учитывая, что большинство местных народов вообще не едят человеческую плоть. Народы окружающих островов считают их дикарями, устрашающими и не достойными доверия.