— Передайте ему… на берегу, там, где склады, живых нет. И уршадов тоже нет, — добавила девушка. — Зато те, кто убежал по дамбе… они… как бы сказать?.. я вижу их целиком черными внутри. Они очень торопятся.

— Тогда — вперед?

— Нет, не вперед… — разогнулась старая волшебница. — Мы спустимся в факторию. Пусть мужчины ждут нас. Там могут быть…

— Подарки? — криво усмехнулся Кой-Кой. — Хочешь подзаработать?

— Здесь вам не Хибр, — показала клыки одноглазая ведьма. — Здесь слово женщины весит больше, чем пердеж любого хвостатого осла. Я уважаю твой род, перевертыш, но не мешай мне делать мою работу. Иначе я уйду.

— Прошу тебя, не уходи! — Черноногий едва не повалился на колени.

— Тогда ждите нас. — Волчица плотнее запахнула платок.

— А вы не возьмете нож? — жалобно спросила Юлька. Клинок, доверенный Кой-Коем, бесновался в ее в потной ладони. Сердце бешено колотилось.

Предстояло идти туда, куда никто на этой планете, кроме ведьм, не ходил.

— Нож нужен для того, чтобы лечить, чтобы возвращать к жизни, — ухмыльнулась ведьма. — Для того, чтобы убивать, оружие ни к чему.

17

Песок времени

…Рахмани хрипел, пытаясь освободиться от удавки. Позади лязгнул металл, что-то мокрое ударило воина в спину, и петля ослабла.

— Дом Саади, беги!

Ловец еще не успел понять, кто на них накинулся, но ноги уже понесли его инстинктивно вверх, по стволу кривого, змеящегося дерева. Дерево росло вплотную к дороге. Ловец даже не скинул петлю с горла, настолько быстро все происходило.

Врагов оказалось, по меньшей мере, пятеро. Двое тут же легко погнались за Саади по черному скользкому стволу, двое накинулись на Кой-Коя, а один, самый неуклюжий, радостно причмокивая, занялся мешком с Зашитыми губами.

Возможно, четверо из них когда-то были людьми. Потерявшись в Проклятом городе или позабыв условия договора, они так и не смогли умереть. Первым лез, выкрикивая хриплые угрозы, солдат неизвестной армии, в форменных лохмотьях, с деревянной ногой и ржавым трезубцем вместо правой руки. Из его беззубой пасти при каждом вопле выплескивалась черная дымящаяся жижа. За служивым спешила широкоплечая чернокожая женщина с распущенными зелеными волосами. Очевидно, женщина недавно утонула, в ее кожу вцепились рачки, по глазам ползали улитки. Вместо одежды несчастная утопленница нарядилась в рваный гобелен. Она не удержалась на скользком стволе, свалилась в грязь и принялась с невероятной ловкостью швырять железные обломки и куски пушечных ядер. Второй ее бросок едва не стоил Рахмани жизни.

Саади пустил им навстречу ревущего фантома, вооруженного громадным кривым бебутом. Второго фантома он заставил прийти на помощь перевертышу, а сам спрыгнул с дерева в другую сторону. И очень вовремя — пузырящаяся тварь желтого цвета, без головы, но со ртом в животе, четырьмя лапами тащила в кусты самое ценное — подарок Слепых старцев, приманку для Трехбородого.

— Дом Саади, береги ноги! — «Глаз пустоты» вращался, как маленький вихрь, отгоняя своих брызжущих ядом противников. Его удары достигали цели, но нежить не собиралась сдаваться. На глазах Рахмани один из противников Кой-Коя отрастил новую кисть, а другой ловко исчез в одном месте, чтобы тут же возникнуть позади перевертыша. К счастью, маленькому проводнику пока хватало ловкости.

Саади хлестко полоснул огнем по серым бородавчатым лапам. Зверь с пастью в животе взвыл, но не выпустил мешок с Зашитыми губами. Это никак не мог быть человек или даже дэв, рожденный в одном из миров Уршада. От его шкуры несло чужими берегами, а от его ядовитого выдоха у Саади потемнело в глазах. Рахмани ударил молниями с обеих рук, не рассчитал силы и сам отлетел назад. Безголовый демон лишился половины тела, но из его разорванного живота не вылилось ни капли крови. Он уронил мешок и тут же, вращаясь ужом на грязной земле, стал подбираться к добыче сохранившейся бескостной конечностью.

Позади на дороге послышался скрип и перестук колес.

— Дом Саади, мельник едет! Нам нельзя его упустить!

— Что я должен сделать? — Молодой воин отбил очередную атаку утопленницы. После выплеска огня руки свело судорогой. Мертвецы на дыбах дружно хохотали и гремели цепями. Кто-то шумно плескался в грязи за обочиной.

— Нам надо ухватиться за его телегу! Без мельника мы не пройдем дорогу Висельников!

Солдат с деревянной ногой разрезал фантома трезубцем и продолжал бить его до тех пор, пока призрачный воин не развалился окончательно. Зато утопленницу так легко обмануть не удалось. Она одной левой ручищей отшвырнула своего фантома в кусты, а сама с рычанием прыгнула к настоящему Рахмани.

— Эй, красавчик, поцелуй меня! — защебетали с виселицы женщины, подвешенные вверх ногами.

— Куда ты так торопишься, милашка? — пробасила их товарка, игриво обнажив покрытую рубцами старческую грудь.