Читаем Мир Уршада полностью

Пока я раздумывала, не рвануть ли обратно в горы, Толик Ромашка неожиданно перешел в наступление. Лекарь с четвертой тверди не переставал меня удивлять. Он за меру песка сумел разгадать ту хитрость, с помощью которой непальцы облапошивали путников десятки лет. Их черный стриженый кабанчик располосовал горло еще двоим претендентам, поэтому в следующей схватке никто не пожелал ставить на полосатого клыкача, привезенного айнами. Зазывала громко проорал условия, всячески расхваливая новичка, но ставки делали только на фаворита. Ромашка протолкался ко мне и спросил, могу ли я узнать, сколько еще кабанчиков осталось в живых. Я узнала и ответила: на сегодня всего две штуки. Включая того полосатика, который уже бился в своем загоне и пускал слюни, предвкушая драку. Он был ниже и заметно слабее черного «непальца», и клыки его были заметно короче.

— Этот полосатый победит, — заявил вдруг Ромашка. — Они нарочно подстроили так, чтобы на него не было ставок. Домина, у меня осталось сорок драхм, я буду играть…

Мне стало смешно. Я могла бы купить весь этот балаган, вместе с подставными игроками, наушниками и вышибалами. Я сказала Толику, что кредит в моем банке для него не закрыт, и тогда он взял у меня еще двести драхм. Это было более чем серьезно.

— Нет, нет… — Ромашка явно что-то замыслил. — Я поставлю в последний момент, когда претендента уже выпустят на арену.

Он сделал именно так, как сказал. И тут, внимательно наблюдая за мальчиками в загоне, я заметила то, на что раньше никогда не обращала внимания. Пока зазывала демонстрировал достоинства фаворита, мальчик чем-то быстро мазнул по клыкам полосатого кабанчика. Затем он отворил первую калитку и ударил полосатика камчой. Айны завопили хором, когда их выкормыш рванул по узкому коридору.

В этот миг Ромашка протолкался к барьеру и шмякнул на стол мешок с деньгами. Мальчик с пером за ухом и мелком в руке принял ставку. Распорядитель важно кивнул, но слегка обалдел, когда понял, сколько денег на кону. Физиономия зазывалы вытянулась, непальцы быстро переглянулись. Но отступать им было поздно, звери уже сцепились.

В проходах между перильцами зрители набились так, что к выходу никто не смог бы протолкнуться. На скамьях для чистой публики забыли, как дышать. Весть о чудовищной ставке мгновенно облетела все шатры. К нам сбежались даже водоноши и забойщики скота.

Наверняка клыки полосатого обмазали ядом, потому что черный фаворит свалился и захрипел после первого удачного удара. Полосатый тоже истекал кровью, но уверенно держался на ногах.

— Наших четыре тысячи драхм. — Ромашка запрыгал от радости.

Такого выигрыша становище не помнило много лет. Кто-то кричал, что последний раз пять тысяч драхм выиграл двадцать лет назад принц из Колькатты, когда еще разрешали поединки слонов. Другой кричал, что все подстроено, и он будет жаловаться наместнику. Дети визжали, не понимая, что произошло. Из шатра с боевыми петухами зрители перебегали к нам, огорчаясь, что пропустили самое важное. Среди непальцев начались нервные припадки. Одни визжали, что их надули, другие шумно хвалили моего лжеслугу, надеясь на дармовую выпивку, третьи вопили, что все подстроено. Естественно, все было подстроено. Весь выигрыш должен был достаться двум-трем подставным, но Толик помешал им сорвать куш. Непалец долго пыхтел, изо всех сил затягивая выплату денег. Но деваться ему было некуда, слишком много свидетелей собралось вокруг. Я шепнула Толику, чтобы он не вздумал покупать проигравшим выпивку или шишу. Этот сброд так устроен, они не ценят добра, а любое расположение воспринимают как слабость воли. Впрочем, так устроен всякий озлобленный нищий народ…

Мы покинули арену, нагруженные серебром, и отправились на поиски еды. Немного риса и овощей нам совсем бы не повредило. Под тентом гостеприимного Паранджа к нам пыталась приклеиться свора мошенников. Лекарь забывал кушать, он разглядывал этих людей с таким видом, словно его знакомили с членами королевской семьи. Вначале приперся бродячий торговец целебными травами, я его разоблачила и опозорила за пару песчинок. Вот дурень, вздумал тягаться с Красной волчицей! Затем явился человечек в красной чалме с тремя глиняными пиалками. Он занимался скучной и древней, как мир, работой — уговаривал отгадать, под какой из пиалок спрятан перстень с сапфиром. Против перстня, стоившего нескольких быков, предлагалось поставить сущую ерунду, несколько медяков. Поэтому, как всегда, нашлись скучающие люди, готовые подарить свои деньги. Тут доктор Ромашка удивил меня вторично. Глядя на игру, он тихонько произнес фразу, которую чуть позже произнесла и Кеа. «Кольца под чашками нет».

Человечек в красной чалме стал брызгать слюной и кричать, что он сам из древнего рода брахманов, и что его только что смертельно оскорбили. Пока он голосил, я жевала сладкий картофель и следила, как вокруг нас стягивается кольцо. Наверняка эти ловкачи вознамерились отобрать выигрыш у слабой женщины и ее щуплого слуги!