Читаем Мир современных медиа полностью

Тем самым, считает Бурдье, происходит подчинение проблематики исследований социальных наук (в меньшей степени – естественных) медиа-логике, а сама социальная наука приобретает не свойственные ей функции обслуживания масс-медиа. Очевидно, что серьезное публичное обсуждение важных социальных проблем в СМИ может дать огромный позитивный результат, но только в том случае, когда имеет место действительно научное обсуждение, а не подмена его непрофессиональными домыслами, как это происходит в большинстве случаев. Обусловлено это (если оставить в стороне явное или имплицитное выполнение социального заказа) особенностями публичного дискурса, засоренного, если использовать терминологию Эмиля Дюркгейма, prenotions (предпонятиями) – редко ясно выраженными и еще реже тщательно изученными предположениями, не критически используемыми в качестве аргументов всякий раз, когда субъективный опыт журналиста или публициста возводится в ранг публичного дискурса, а частные проблемы – в ранг научных категорий, которые предстают уже как проблемы публичного, общественного звучания. Критическая оценка молчаливо принимаемых или провозглашаемых prenotions должна, по мнению Бурдье, осуществляться параллельно с усилиями сделать видимыми и слышимыми те аспекты опыта, которые обычно остаются вне поле зрения отдельных людей или за порогом индивидуального сознания.

Это, если можно так сказать, внутренняя проблематичность и ущербность медиативной логики СМИ в обсуждении социальных проблем. Но вторжение журналистов в социальную сферу имеет, как считает Бурдье, и другие, столь же негативные последствия. Логика производства сенсаций, постоянное стремление к новому, отсутствие необходимой компентности приводит к разного рода дополнительным перекосам. «Наиболее интеллектуальные из этих новых производителей „знания“ [журналистов. – А. Ч.] находят в возникновении „нового“ неожиданную возможность деклассировать самых авторитетных интеллектуалов, ученых, чей авторитет в течение длительного времени наводил на них страх» [Бурдье, 2002. С. 98]. Таким образом осуществляется давление дилетантов на научное поле.

Проблемы доминирования в науке являлись предметом длительных размышлений Бурдье, считавшего, что постоянная политическая борьба за научное доминирование, идущая во всех областях научного знания, особенно характерна для поля социальных наук. Цель этой борьбы не есть нечто заданное, ибо ее формулирование уже есть ставка в борьбе. Побеждают в этой борьбе те, «кому удалось навязать такое определение науки, согласно которому наиболее полноценное занятие наукой состоит в том, чтобы иметь, быть и делать то, что они имеют, чем они являются или что они делают» [Bourdieu P., 1976. P. 90]. В работах конца 90-х гг. Бурдье даже вводит понятие «очень независимое поле» – это поле, в котором клиентами агентов данного поля оказывается их собственные конкуренты, аналог башни из слоновой кости, внутри которой все критикуют друг друга, но со знанием дела.

Принципиальное значение приобретает собственная позиция ученого или иного производителя культурной продукции, способность которого противостоять давлению Бурдье фиксирует в «законе Жданова». Чем более независим тот или иной производитель культурной продукции, чем более он богат специфическим капиталом и обращен к узкому рынку, тем более он склонен к сопротивлению. И наоборот: чем больше он предназначает свою продукцию для широкого рынка, тем более он склонен к сотрудничеству с внешними силами – государством, церковью, партией, журналистами, телевидением [Бурдье, 2002. С. 81].

Масс-медиа, таким образом, опираясь на внешние по отношению к культурному производству политические и экономические силы, осуществляют незаконное вмешательство в поле науки. Журналисты пытаются диктовать ученым форму и содержание суждений, выступая от имени широких масс и демократии, однако под демократией в этом контексте часто понимается потребительский рейтинг и поиск новых рынков сбыта продукции.

Анализируя собственный опыт телевизионных выступлений, Бурдье обращает внимание на то, что логика построения передач не оставляет исследователю возможности раскрыть свои взгляды, поскольку существуют ограничения во времени, в выборе словаря (ориентация на широкую публику не позволяет использовать точную научную терминологию), в способе подачи материала (зависящей от концепции передачи). Он отмечает тенденцию к сокращению «пространства дебатов», выражающемуся не только в уменьшении времени, выделяемого на обсуждение социально значимых тем, но и в сокращении круга людей, участвующих в этих обсуждениях.