Читаем Мир современных медиа полностью

Основу современного демократического политического процесса составляет представительство интересов народа, который делегирует свои полномочия власти в ходе выборов – базовой законодательно оформленной процедуры передачи власти. В ходе этой процедуры граждане, обладающие правом голоса, т. е. участвующие в голосовании, делегируют свой голос политикам, «вручая» победителям право властного господства, признавая за ними возможность «отдавать приказы», т. е. управлять. Соответствие процедуры выборов власти существующей в стране конституции как основному закону, как и осуществление власти в соответствии с этим законом, означает легальность, а поддержка власти «снизу», доверие народа, без которого власть не может успешно выполнять свои функции в обществе, – легитимность. Единство этих двух составляющих и обеспечивает нормальное развитие современного политического демократического процесса.

Политики, таким образом, получают свой мандат на власть в ходе демократической процедуры выборов, тогда как журналисты приобретают «право власти» в процессе инкорпорирования (встраивания) в профессиональное сообщество, что означает получение власти путем «самозахвата», ибо их не выбирают (воистину, «права не даются, они берутся»).

Еще одно, может быть еще более значимое для социальной практики различие между этими «отрядами» «властвующих элит» (термин Ч. Райта Миллс) состоит в ответственности каждого из «отрядов»: политики, даже если избиратели игнорируют их ошибки, в конечном счете ответственны пред историей, которая в лице будущих поколений выносит суждение об их деятельности, иными словами, политик всегда несвободен (пусть хотя бы в регулятивном смысле). Журналисты же в общем свободны от ответственности, и эта их свобода – ключ к безответственной власти журналистов над обществом.

Можно выделить по крайней мере четыре источника власти журналистов в современном обществе.

Во-первых, это создание новой реальности авторитета.

Во-вторых, децентрализация власти и тем самым ее ослабление.

В-третьих, снижение доверия к власти путем разоблачений – основного метода расследовательской журналистики. Разоблачение (expose) – принципиальное орудие всех медиа, роль которого усиливается в условиях глобализации медиа.

В-четвертых, в рыночном государстве медиа начинают играть роль, подобную роли левых партий в национальном государстве, – не в идейном плане, поскольку современные СМИ скорее можно отнести к правому спектру политики, но содержательно, ибо именно левые всегда задавали вопросы и разоблачали авторитет. Именно это обстоятельство и определило влияние оппозиционных изданий левого толка, несмотря на сохраняющуюся и даже усиливающуюся на протяжении истории развития демократического общества безответственность журналистов (не юридической, но сущностной, в очерченном выше смысле) [Kaplan R., 2006].

Изменения в обществе, повлекшие за собой двуединый процесс – диатизации политики и политизации медиа, кардинально изменили не только роль журналиста, превратившегося в исторически нового «сильного» актора на политическом поле, но и отразились на содержании профессии журналиста. Ныне журналист выступает не транслятором информации, но создателем смыслов, осуществляя не столько контроль над властью, сколько тиражируя властные импульсы и убеждая общество в их истинности. Тем самым журналист принимает на себя (обычно имплицитно) не свойственные ему функции эксперта, что удается в силу старого стереотипа, до сих пор весьма распространенного: «если об этом пишут в газете (говорят по телевидению), значит это правда»[15](и это при том, что все знают о товарном характере производимого информационного продукта).

Обратимся к чертам, или «элементам власти», предложенным Элиасом Канетти в его работе «Масса и власть», совокупность которых, по моему мнению, представляет самое глубокое понимание[16] этого феномена, формируя его целостный образ, «идеальный тип» власти (в веберовском смысле), или архетип власти [Ионин Л. Г., 2007]. На основе выделенных Э. Канетти черт власти, «рассыпанных» по страницам его книги, можно сконструировать ее типологию, состоящую из шести элементов: это насилие, тайна, скорость, возможность задавать вопросы и получать ответы, право судить и осуждать, право прощения и помилования [Канетти Э., 1997. С. 308, 314, 320, 322.].