Читаем Мир пауков полностью

— Вполне. Оно как-то на моих глазах умыкнуло здоровенную крысу.

— А для человека оно, часом, не опасно? — решил еще раз уточнить Найл.

— Может быть, в Дельте. Только не здесь.

— А в Дельте почему?

— Там они успевают вымахать раза в четыре крупнее.

— Из-за чего?

Симеон пожал плечами.

— Почва, наверное. Местность там так и кишит жизнью, как гнилой сыр червями. Природа словно с ума сошла. — Он любовно похлопал по стволу растения. — Но когда свыкнешься, поймешь, что это приятные создания.

Когда Симеон ушел, Найл приблизился к растению и остановился рядом. Потребовалось усилие, чтобы не вздрогнуть, когда змеевидные головы развернулись в его сторону, а усы вытянулись и вкрадчиво прикоснулись к ноге. Странное ощущение, будто бы тебя обнюхивает какое-то любопытное животное.

Через несколько минут растение, похоже, утратило к Найлу интерес и опять застыло неподвижно. А когда Найл, протянув руку, провел пальцем по одной из головок, та будто притиснулась к его ладони. Было в этом движении нечто, глубоко ошеломившее и встревожившее Найла, хотя непонятно, что навеяло эту тревогу.

От раздумий отвлек сухой шорох кованых колес по гравию. Из окна стала видна повозка, которую везли четверо колесничих. Вот они размашистой рысью вбежали на площадь и остановились напротив Зала собраний.

В повозке сидели двое: женщина в черном одеянии старшей служительницы и светлобородый мужчина в желтой тунике слуги жуков. На глазах у Найла пассажиры выбрались из повозки, взошли по ступеням и исчезли внутри помещения.

Колесничие укатили повозку в тень и сели на ступени, утирая пот со лба.

Найл вышел из дома через боковой вход и пошел по лужайке навстречу сидящим. Подойдя поближе, с радостью признал в одном из колесничих Массига. Массиг тоже сразу узнал Найла и вскочил на ноги, раскрыв рот от изумления.

— Ты вот, оказывается, где? Я думал, тебя нет в живых!

— Жив, как видишь, — рассмеялся Найл. — И от кого же ты слышал о моей гибели?

— От одного из колесничих. Он сказал, ты погиб вместе с управителем.

— Так Каззак мертв?

— Да, он погиб при взрыве.

На Найла неожиданно нахлынула грусть. Несмотря на некоторое недоверие, Каззак всегда вызывал у него симпатию.

Они вместе сели на ступени.

— Что за бородача ты привез? — поинтересовался Найл.

— Это Манефон, старший помощник. Он приплыл нынче утром на корабле, груженном порохом.

— Пауки не пытались его задержать? — спросил Найл, понизив голос.

— Задержать? — Массиг был искренне поражен таким вопросом. — С какой стати? Найл пожал плечами.

— Жуки, судя по всему, думают, что пауки хотят учинить заваруху.

— Первый раз слышу, — покачал головой Массиг.

— Пауки после взрыва не свихнулись от бешенства?

— Бешенства? — Было видно, что его слова для Массига — полная неразбериха. — С чего вдруг? Это же просто досадная случайность. — Он поглядел на Найла как-то странно. — Так ведь?

— Конечно, так, — поспешил согласиться Найл. В этот момент, к счастью, их прервала своим появлением вышедшая из здания девушка; она несла поднос с прохладительными напитками для колесничих. Пока Массиг жадно, крупными глотками пил из глиняного кувшина фруктовый сок, Найл, улучив момент, незаметно улизнул.

Он ступил в прохладный полумрак парадной Зала. Там полно было людей и жуков, спешащих по своим делам. Когда Найл стоял, ожидая, пока глаза привыкнут к полумраку, кто-то хлопнул его по плечу. Оказалось, Милон.

— Привет, Найл. Ты чуть опоздал на собрание, оно только вот закончилось.

— И как там все сложилось?

Милон подался вперед и негромко сообщил:

— Они пошли на попятную, как я и ожидал.

— Почему?

— Пошли разговоры, что Билдо выживают из города. А он нынче, знаешь, для многих герой. Поэтому половина молодежи заявила, что если уйдет он, то и она отправится вместе с ним. Так что коллегия задумалась всерьез…

— И что ожидается теперь?

— Не знаю. Зависит от Билдо. Почему бы тебе самому его не расспросить — вон он стоит.

В дальнем конце парадной со светлобородым незнакомцем увлеченно беседовал Доггинз. Завидев Найла, он оборвал разговор на полуслове.

— Мы тут как раз о тебе говорим. Это Манефон, мой помощник по зарядам.

Найл сомкнулся предплечьем с бородачом. Манефон оказался кряжистым, широкоплечим парнем с широким добродушным лицом, докрасна загорелым от солнца и ветра. Ручищи вон какие мускулистые. Найлу он тотчас же приглянулся.

— Манефон прибыл в порт сегодня утром. Его не было три недели.

— Тебе пауки никаких препон не ставили? — спросил Манефона Найл.

— И близко не было, — широко улыбнувшись, ответил тот. — Я и не заподозрил, что вообще что-нибудь произошло. Они дали мне бригаду под разгрузку, в город вон доставили на повозке. А начальник вдруг заявляет, что мы с ними вроде как воюем. Доггинз покачал головой.

— Я сам толком не пойму, что вокруг делается. Да и не считаю нужным присматриваться. — Он положил руку Манефону на плечо. — Ты ступай, отправь назад Массига. а затем сходи подкрепись. После этого подходи ко мне домой.

Когда вышли на солнечный свет, Найл увидел с полдюжины членов коллегии, в их числе и Пибуса с Корбином. Они стояли кружком, горячо споря меж собой.