Читаем Мир пауков полностью

Она выполнила его волю, и они с полной телегой приданного во главе с шестью воинами двинулись к пещере. Вороница сидела на краю телеги, как бедная родственница, хотя родители дали за ней ценное приданое: золото, драгоценные камни, дорогие ткани, украшения, бокалы, свечи, благовония, и многое другое. Телега тяжело катилась по ухабам, скрепя колёсами, её везла старая чёрная лошадка с опущенными крыльями. До пещеры добрались без приключений и Эрганлавдий, обратился в паука.

– Вам же больше не нужна эта кляча, телегу довезла и ладно?

Он, не дожидаясь ответов, обратился в паука, бросился к лошади и, вонзив в бок зубы, мгновенно вырвав сердце, сожрал, дальше последовали другие органы. Паук чавкал, капая на землю густой кровью.

Ликорис вздрогнула, увидев его в истинном виде, по телу пробежал страх, ей даже показалось, как зашевелились волосы на голове. Она знала, что пауки так страшны и кровожадны, хуже воронов, но то, что увидела, не поддавалось никакому объяснению. Величина в метр, а если встанет на задние лапы и распрямится то все два: мохнатое тело, багровые глаза, усы, и острые многочисленные зубы. Вороница подсознательно громко вздохнула. Он подполз.

– Я никогда тебя не обижу, – голос паука тоже изменился до неузнаваемости, став низким, грубым басом.

Она посмотрела в его алые глаза, по которым расходились кровавые светящиеся лучи.

– Я верю тебе.

Паук перевёл взгляд на воронов.

– Первым спущусь я, потом вы пускайте телегу без жены, после уже и её.

Вороны кивнули, и он вошёл в пещеру. Съехал по отвесному скату и встал внизу, раскинув лапы.

– Телегу!

Воины пустили, паук поймал и отставил в сторону, будто она не весила тонну, а несколько килограмм.

– Теперь жену!

Вороница подошла к входу в пещеру, заглянула вниз и отшатнулась от тьмы и страшного спуска.

– Ликорис садись и съезжай, я жду, не бойся!

Она присела и поехала так быстро, что от неожиданности зажмурилась и закричала, но через несколько минут оказалась в цепких лапах паука и, открыв глаза, всё же не выдержав такого напряжения, лишилась чувств. Он бережно уложил её на телегу и покатил. Пройдя несколько отсеков, они поменялись на другие. Эрганлавдий сразу догадался, что уже находится в своём государстве и вскоре вышел на поверхность, вдохнув родной запах сырости: мхов и паутины. В паучьей ипостаси легко дотащил телегу с женой до поляны, где обитали десятки его воинов и всегда тренировались среди мхов и камней. Они, как только завидели повелителя, встали по струнке.

– Возьмите телегу и притащите в замок. Это приданное моей жены. – А сам взял её и пополз в скалы к месту, где все пауки поклонялись своему божеству. Дополз до ниши, окружённой остроконечными чёрными скалами, и положил жену на большой мягкий, как живой ковёр из мха под обсидиановым пауком в несколько метров высотой.

– Бог пауков, благослови наш союз. Я нарушил законы, женившись на воронице, но и во мне же течёт кровь ворона, значит, не сильно то и нарушил. Помоги разобраться в моей сущности и дай мне наследника. Почему тогда я обращаюсь только в паука, а не и в ворона? Я хочу вывести своих пауков на новый уровень жизни. Получить другую возможность питаться. Почему мы должны есть только землероек и касак? В мире воронов я попробовал другую кровь и мясо, и не хочу больше питаться только ими, – Эрганлавдий упал на колени, в поисках ответов, но знал, что их не получит. Божество существовало лишь в их сознаниях. Тут он почувствовал лёгкое прикосновение к одной из восьми лап и повернулся.

Вороница стояла рядом: прекрасная, как богиня ночи с длинными распущенными волосами. Паук не мог оторвать от неё багрового взгляда и его глаза сказали ей о многом. Ликорис медленно сняла платье с плеч, обнажив полную грудь, всем своим видом, давая ему понять, что он может ей обладать, где пожелает. Он сразу обратился в высокого мужчину, сгрёб её и, сжимая грудь одной ручищей, второй – стянул окончательно платье вместе с нижней рубашкой. Дальше последовали на землю его штаны, помог ей обхватить себя ногами, поддерживая за спину и под ягодицы, и вошёл, совершая сильные толчки. Ликорис очнулась немногим раннее и слышала его проникновенную речь, которая повергла в шок, что в нём есть кровь ворона, однако это раскрыло её душу и сердце для него, и она решила покориться раз и навсегда перед этим необычным мужчиной – пауком – вороном – мужем и его божеством. Эрганлавдий поразился таким поведением жены и возбудился до состояния сумасшедшего оргазма. Он издал рык, когда кончил, плотно притягивая её к себе, так близко, что вороница ощутила его головку где–то у матки.

– Муж мой, я твоя вся навеки.

– Ты родишь мне наследника?

– Рожу, если на то боги дадут своё согласие.

– Как только он родится, я отправлюсь в мир людей и приведу другое питание к нам. Ты хочешь попробовать человеческой крови и сердец?

– Хочу.

Он поцеловал её в лоб, снимая с себя и подавая платье с рубашкой. Она оделась и опустилась на колени под статуей.

– Бог пауков, я буду чтить мужа, уважать и отдаваться ему всем телом и душой.