Читаем Миллион миров полностью

– Некоторые, но не все из расколовшихся астероидов выходят на зеркальную траекторию сближения и соединяются заново.

– Это как, – опешил гобур. – Срастаются что ли?

– Возможно, гравитационные связи вещества в этой аномалии работают неравномерно, и объекты, бывшие единым целым, получают преимущественное притяжение, поэтому некоторые из них стремятся друг к другу сильнее, чем к другим точкам притяжения.

– Что за заумная ахинея, – пробормотал гобур.

– Это сырая гипотеза, для подтверждения или опровержения нужно провести больше наблюдений и несколько экспериментов, – ответил Сёгун. – Изосферы смогут покинуть корабль и заняться прямыми исследованиями, как только астероидный шторм вокруг корабля спадёт ниже критической интенсивности. Пока же мы движемся в потоке к центру аномалии.

– Что в центре? – спросил Фокс. – Что за странный чёрный свет?

– Это не аномальное явление. Из центра пространственного кармана исходит обычное волновое излучение. А эффект чёрного или «грязного» света создаёт огромное количество космической пыли, которая заполняет всё пространство внутри аномалии.

– Пыль размолотых астероидов, от столкновений всего и вся, – понял Грай.

Одиссей кивнул. Снова и снова сокрушая друг друга, астероиды превращались в осколки, осколки в камни, камни в песок, песок в пыль.

– Сколько же надо времени, чтобы мириады осколков, постоянно сталкиваясь и дробясь, создали такое количество пыли? – уточнил он.

– По размерам этого замкнутого кармана пространства и по плотности присутствующих здесь материальных объектов, предположительно от нескольких сотен до тысячи лет, – ответил Сёгун. – Это примерная оценка, для более точных данных требуется построить и смоделировать виртуальную математическую модель. Обсчёт уже запущен, но из-за отсутствия точных данных по многим параметрам модели, процесс обсчёта всех вариантов и выбора наиболее вероятных займёт около часа.

– Отлично, потому что даже без точной модели мы теперь знаем возраст аномалии: от двухсот до тысячи лет. Для начала хватит и примерной цифры. Третий вопрос: откуда здесь столько совершенно разных материалов? Астероиды всевозможного минерального состава, лед, и, как вы заметили ещё из первой передачи, технические обломки? Как они сюда набрались, если прямой вход и выход невозможны?

– Визуальное наблюдение объектов в потоке показывает следующее распределение: 62 % застывшего звездного вещества; 19 % планетарного вещества с большой долей жидкости, теперь льда; 13 % планетарного вещества с большой долей магматических пород; 6 % астероидного вещества. А также 0,2 % органических материалов; 0,001 % технологических материалов.

– Чьих?

– Для определения принадлежности техно-осколков к тем или иным цивилизациям данных пока недостаточно. Но предположительно, материалы разные.

– Короче, – поражённо произнёс гобур, поднимая палец, как будто учёный, который только что «открыл эврику», – это была остывающая звезда, которая вместо того, чтобы сжаться, а затем взорваться и стать сверхновой – сжалась ещё сильнее, и вместе с собой скомкала всё пространство своей системы, включая пару планет и их спутники! Они столкнулись и раскололись, а может, перекривлённое пространство разнесло их на куски, как мусорный измельчитель всякое старьё. А после вся эта мешанина стала вращаться вокруг общего центра по искажённой круговой орбите, которая со стороны выглядит, как безумная сферическая. А то, что в центре, сохранило часть своей массы, и до сих пор излучает свет.

– Всё верно, такова рабочая гипотеза в данный момент, – равнодушно подтвердил Сёгун.

– И эти выводы мы сделали, даже толком не начав исследования, а просто заехав внутрь аномалии, – назидательно произнёс Грай, явно обращаясь к человеку без апгрейдов. – Вот что значит хорошая, полезная техника.

– Ты не закончил описание, – спокойно ответил Фокс. – Карман пространства, набитый осколками звезды и планет, стал ловушкой, в которую при некоторых обстоятельствах попадают корабли. Как именно, пусть установят учёные, а нам достаточно общей идеи: сбитый гипер-прыжок, случайная червоточина, сломанные врата…

– Вот только все их ждёт незавидная судьба, – проворчал гобур. – Большинство просто разнесёт в труху бомбардировка из метеоров. Меньшинство выживет, но сколько они здесь протянут, без ресурсов и возможности выбраться?

– И мы логически переходим к последним вопросам, – кивнул Одиссей. – Что со связью вовне, и что с сигналом бедствия?

– Связь оборвалась, когда врата ушли в аномалию, точно по предсказанному времени, – ответил Сёгун. – Попытки связаться по гиперу к успеху не привели. Нуль-связь работает, но мы находимся в полностью сбитой системе координат, и посылаем свой сигнал в случайном направлении, он выходит в неопределенной точке космоса. Вероятность таким образом попасть в сферу восприятия какой-либо цивилизации не превышает тысячных долей процента.

– Что с гибнущими? – нетерпеливо спросил Грай.

– Сигнал с корвета «Гаррак» устойчивый, мы движемся в направлении корабля.