Читаем Мийол-странник полностью

Текущий расклад им по полочкам разложил Щетина, ещё пока был жив, во время одного из общих собраний после ужина. Собственно, аккурат на следующий день после откровения о его неизлечимой болезни. Говорил резко, прямо… даже резче и прямее, чем обычно:

— Я — обладатель среднего гражданства в Граните. С моей смертью этот статус и даруемые им привилегии уйдут на дно морское. С концами. И если гражданина крутить в своих интересах совсем уж хитро ребятки из Косиртолута стремаются, то вот вас… у меня, между прочим, полно алхимического оборудования из списка с ограниченным доступом. И литературы, тоже сильно ограниченной к распространению. Так что гномы после того, как я подохну, могут явиться и изъять «лишнее» — притом совершенно законно. Или не изъять, но попросить в обмен на милость оказать пару услуг. Невинных таких, конечно.

— Из разряда тех услуг, — вставил Ригар, — в процессе оказания которых можно увеличить долг ещё сильнее? Или вообще сдохнуть?

Старик осклабился во все свои жёлтые, прокуренные фишле зубы.

— Ага. Именно тех самых услуг. Не хочу наговаривать лишнего, может, Гортун и прочая его шобла так впечатлена потенциалом парня, — кивок в сторону Мийола, — что остережётся портить отношения и тянуть в откровенную кабалу. Но потенциал становления мастером — он где-то там, в будущем, а вкусные полезности, которые можно поиметь прям щас — вот, под носом, хапай! Маг-эксперт — это очень ценный в хозяйстве актив. Потому что уже достаточно силён, чтобы ему можно было поручать всякое интересное… и недостаточно силён, чтобы отмахаться от тех самых поручений, которые смердят совсем уж нехорошо. Да и опыта нужного у тебя ещё нет. И связей.

— Понимаю и не спорю, — кивнул Мийол.

— С гномами дело иметь можно и даже порой нужно, — продолжал Щетина. — Народ это вполне надёжный. Но! Только когда и если сам имеющий — не менее чем подмастерье и обладает в одном из их союзов хотя бы малым гражданством. Собственно, готовым идти на сотрудничество магам пятого уровня они малое гражданство выдают с минимумом проволочек. Когда прорвёшься, возвращайся к тому же Гортуну и подавай прошение. Начнёт юлить — сваливай впереди вопля ужаса. Оформит гражданство — но не ранее того! — можешь поговорить о взаимовыгодных делах.

— А до прорыва мне лучше затеряться вместе с командой и роднёй где-нибудь подальше от Рубежных Городов, я правильно понимаю?

— Правильно. Есть в тебе всё-таки мозг, ученик! Есть!

Щетина снова закашлялся. Страшно. Скрючиваясь и содрогаясь. Но никто и не подумал высказываться во время этой паузы.

— План у меня примерно такой, — заговорил старик хрипло. — Достраивайте нормальную леталку, грузите всё ценное в пространственные короба и после моей кончины мотайте поближе к Междуземному морю. Для кого другого это было бы очень неприятное решение. Да оно отчасти такое и есть. Если бы можно было оставаться здесь… но это шибко рискованно. Так что… опять же: ты, с твоей ненормальной скоростью восстановления, от пребывания в малом природном фоне теряешь меньше, чем потерял бы другой маг. Ты, — палец указал на Рикса, — развился слишком резко и быстро, контроль основных узлов у тебя поганый, как год зараставшее днище. Тебе малый фон тоже, скорее, на пользу пойдёт. Научит контролю наиболее прямым и суровым образом. В общем, не пропадёте. Тем более, это здесь эксперты магии с новоиспечённым Воином-достигшим — так, птички-невелички. А вот у моря…

Поэтому, пока старик медленно умирал, остальные суетились, как ужаленные. Требовалось достроить летучую лодку. Требовалось создать достаточно надёжные — и не конфликтующие с магией лодки, что важно! — пространственные короба.

И, наконец, требовалось решить проблему дальней навигации.

Когда Ригар рассказывал про иную вселенную, про астрономию и географию, Мийол прям завидовал. С одной стороны, обитаемая планета — приблизительно сфера, из-за чего на дальних дистанциях возникают чисто геометрические сложности. Дуги больших кругов, сложности с определением долготы и прочее такое. Но при этом на планете имелся ясный, чёткий, доступный ориентир: небо. Имелось светило, каждый день поднимающееся на востоке и садящееся на западе. Имелись, в конце концов, вспомогательные средства ориентации вроде магнитного компаса, указывающего юг и север…

На Планетерре все эти радости ориентирования на местности отсутствовали. Составители карт сталкивались с колоссальными сложностями. Штурманы плавучих и летучих кораблей строили маршруты по приметам. О каком-либо глобальном магнитном поле не могло идти и речи. Небо круглые сутки закрывал слой плотной, не имеющей разрывов облачности. Отличить одно направление от другого не всегда мог даже самый опытный путешественник, партии Охотников в диколесье, зайдя в незнакомые места, банальнейшим образом терялись.

В общем, всё оставалось плохо, сложно и даже невозможно, пока на помощь людям в очередной раз не пришла магия.