Читаем Мифы Беларуси полностью

Мифы Беларуси

В книге «Мифы Беларуси» собраны интереснейшие сведения о героях белорусских легенд, мифов, преданий, сказок. Белорусы, народ, многие века живущий на пересечении всех дорог, между Западом и Востоком, Севером и Югом, удивительным образом смог сохранить сведения о верованиях наших далеких предков-язычников, с которыми довольно естественно позже стали сплетаться христианские традиции.Кто такие волколаки и Вячеслав Чародей, как с помощью летучей мыши стать невидимым, и где искать разрыв-траву, помогающую открыть любые замки? Как наши предки представляли себе устройство мира, как задобрить злых духов и не разозлить добрых? На все эти вопросы вы найдете ответы в этой книге, которая будет интересна как взрослым, так и детям.

Владимир Вячеславович Адамчик

Прочее / Классическая литература18+

Мифы Беларуси. Справочник-определитель

Автор-составитель Владимир Вячеславович Адамчик

Образы на все времена

Изучая белорусский язык, предания, поверья и сказки белорусского народа, мы изучаем понятия и верования своих предков

П. Шпилевский, белорусский и русский этнограф, писатель, богослов

Мифология – это самый загадочный, сакральный пласт культуры каждого народа. В мифах, которые бытовали и бытуют на территории Беларуси, удивительным образом сплетаются древние языческие предания и более поздние, христианские. Ведь именно мифология делает религиозные представления более эмоциональными, образными, доносит до потомков тайные архетипы и символы, которые воспринимаются, воздействуют на нас на уровне подсознания.

Как свидетельствуют археологические находки, уже в 9–8 тысячелетиях до нашей эры, когда территорию Беларуси начали заселять южноевропейцы, существовали определенные мифологические представления (тотемизм, анимизм, фетишизм, магия). Люди поклонялись природе, вырезали из кости и дерева фигурки животных и людей, позже начали появляться и элементы орнамента, которые сохранила для нас керамика.

Самым распространенным знаком становится солярный – крут с точкой в середине.

Крестоподобные фигуры, одинарные или двойные круги, фигуры с лучами считались символами солярных божеств, заштрихованные треугольники символизировали богиню неба, землю. Полукруги с точками по периметру – зерна, орошенные небесной влагой в виде зигзагов. Эти знаки и сегодня встречаются в разных видах белорусского народного искусства.

Развитие языческой мифологии белорусов как регионального варианта восточнославянской завершилось в десятом столетии. С приходом христианства языческая мифология на территории Беларуси не исчезла, процесс замены ее христианской растянулся на столетия. Некоторые элементы дохристианских верований продолжают функционировать на бытовом уровне и сегодня. Герои древних мифов стали героями сказок, баллад, песен, литературных произведений, картин, кинофильмов.

Впервые белорусскую мифологию начали изучать еще в эпоху Возрождения, в 16 веке. Матей Стрийковский в изданной в 1582 году «Хронике Польской, Литовской, Жамойцкой и всей Руси» посвятил этому целый раздел.

Много уникальных данных было зафиксировано Я. Ласицким, М. Пашковским (16–17 века), 3. Даленгой-Ходаковским, П. Шпилевским, Яном Барщевским, Е. Романовым, М. Никифоровским, А. Богдановичем (19 век), А. Сержпутовским, М. Мелешкой, М. Никольским и многими другими исследователями.

Из письменных источников можно назвать «Слово о походе Игоревом» (12 век), «Прусскую войну» Я. Вислицкого, «Песню о зубре» Н. Гусовского и, конечно же, хроники, летописи, самой ценной из которых является Радивилловская, в которой около 600 рисунков, многие из которых иллюстрируют мифологические представления наших предков.

Белорусская мифология сохранила свою версию сотворения мира. Наши предки считали, что сначала повсюду стояла мертвая вода, посреди которой был виден одинокий камень. Именно в него Перун бросил свои стрелы, которые выбили белую, желтую и красную искры. Стоило им попасть на воду, как все вокруг замутилось, затуманилось. А когда прояснилось, вода отделилась от земли.

Землю делал Белбог, и она у него получилась красивой, гладенькой. Но Чернобог захотел ему навредить. Он начал царапать землю и горстями швырять куда попадя. Так и получились горы. А из плевков Чернобога образовались болота. Теперь Чернобог обитает под землей.

В белорусских мифах зафиксирована довольно стройная, поэтичная в своей образности картина окружающего мира.

Небесное царство наши предки называли Багонью. По их представлениям Багонь включала в себя Небо, Вырай и Птичьи Дороги.

В Багони жили небесные Боги – Белбог, Перун, Сварог, Дажбог, Стрибог со своими помощниками-ветрами (Свистуном, Ледовиком, Снеговиком, Хухучем), Ярила, Макошь, Лада, Знич, Ляля, Коляда, Щедрей, Переплут, Девоя с Любмелом, Клескун.

Кроме Этого Света, расположенного на Земле, считалось, что под землей и водой был еще Тот Свет, где правил Чернобог.

Тот Свет включал в себя Подземное, Подводное царство, Навье и подземные Вырой.

В расположенном под землей Навье хозяйничали Боги и Духи, которые несли людям болезни, убивали их, а самое главное, всегда стремились украсть душу умершего, чтобы прервать возможную вечную жизнь.

Это Поляндра, Марена, Смерть, Дева смерти, Трасцы (Лихоманки).

В подземные Вырой на зиму уползали гадюки, змеи, ужи.

В Подземном царстве было очень много воды, жили там и люди, маленькие и слабые, потому что никогда не видели солнца.

Под землей, как считали наши предки, существовали подземные ходы – лёхи, которые соединяли между собой озера, реки, родники.

Поверхность воды в реках и озерах многие и сейчас воспринимают как границу между Этим и Тем Светом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Кино
Кино

Жиль Делез, по свидетельству одного из его современников, был подлинным синефилом: «Он раньше и лучше нас понял, что в каком-то смысле само общество – это кино». Делез не просто развивал культуру смотрения фильма, но и стремился понять, какую роль в понимании кино может сыграть философия и что, наоборот, кино непоправимо изменило в философии. Он был одним из немногих, кто, мысля кино, пытался также мыслить с его помощью. Пожалуй, ни один философ не писал о кино столь обстоятельно с точки зрения серьезной философии, не превращая вместе с тем кино в простой объект исследования, на который достаточно посмотреть извне. Перевод: Борис Скуратов

Владимир Сергеевич Белобров , Дмитрий Шаров , Олег Владимирович Попов , Геннадий Григорьевич Гацура , Жиль Делёз

Публицистика / Кино / Философия / Проза / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Юмористическая фантастика / Современная проза / Образование и наука
Артхив. Истории искусства. Просто о сложном, интересно о скучном. Рассказываем об искусстве, как никто другой
Артхив. Истории искусства. Просто о сложном, интересно о скучном. Рассказываем об искусстве, как никто другой

Видеть картины, смотреть на них – это хорошо. Однако понимать, исследовать, расшифровывать, анализировать, интерпретировать – вот истинное счастье и восторг. Этот оригинальный художественный рассказ, наполненный историями об искусстве, о людях, которые стоят за ним, и за деталями, которые иногда слишком сложно заметить, поражает своей высотой взглядов, необъятностью знаний и глубиной анализа. Команда «Артхива» не знает границ ни во времени, ни в пространстве. Их завораживает все, что касается творческого духа человека.Это истории искусства, которые выполнят все свои цели: научат определять формы и находить в них смысл, помещать их в контекст и замечать зачастую невидимое. Это истории искусства, чтобы, наконец, по-настоящему влюбиться в искусство, и эта книга привнесет счастье понимать и восхищаться.Авторы: Ольга Потехина, Алена Грошева, Андрей Зимоглядов, Анна Вчерашняя, Анна Сидельникова, Влад Маслов, Евгения Сидельникова, Ирина Олих, Наталья Азаренко, Наталья Кандаурова, Оксана СанжароваВ формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Наталья Азаренко , Наталья Кандаурова , Андрей Зимоглядов , Ирина Олих , Анна Вчерашняя

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Культура и искусство
Тесей
Тесей

Эта книга после опубликованного в 2022 г. «Геракла» продолжает серию «Боги и герои Древней Греции» и посвящена остальным знаменитым героям- истребителям чудовищ Персею, Беллерофонту, Мелеагру и Тесею. Вторым по известности героем Эллады после безмерно могучего Геракла, был Тесей — обычный человек, но он быстр и ловок, искусен в борьбе, осторожен и вдумчив и потому всегда побеждает могучих разбойников и страшных чудовищ. Завидуя славе Геракла, Тесей всю жизнь пытается хоть в чем-то его превзойти и становится не только истребителем чудовищ, но и царем- реформатором, учредителем государства с центром в Афинах, новых законов и праздников. В личной жизни Тесей не был счастлив, а брак с Федрой, влюбившейся в его сына Ипполита от Амазонки, становится для всех трагедией, которая описана у многих писателей. Афинские граждане за страдания во время войны, вызванной похищением Елены Прекрасной Тесеем, изгоняют его остракизмом, и он, отвергнутый людьми и богами, бесславно погибает, упав со скалы.

Андре Жид , Сергей Быльцов , Диана Ва-Шаль , Алексей Валерьевич Рябинин

Классическая проза / Прочее / Античная литература / Фантастика / Фантастика: прочее