– Я, кхм… хочу попросить об одолжении, – я сделала паузу. – Помнишь, когда ты предложил мне заплатить за мою помощь, а я отказалась? Что ж, сейчас мне нужны деньги, и я подумала, быть может … если бы ты мог одолжить мне сорок долларов.

Ленни медленно развернулся, чтобы посмотреть на меня.

– Для…

Мои глаза округлились.

– Не твое дело.

– Хорошо, – парень вернулся к клавиатуре. – Тогда нет. Я не дам тебе сорок долларов.

– Я не прошу тебя дать их мне. Я прошу в долг.

– Нет, пока не скажешь для чего.

– Почему тебя это так волнует? – я рванулась к тому месту, где он сидел. – Прекрасно. На платье. Мне нужно купить платье на… вечер встречи, – я съежилась от лжи, это жалкое нарушение данного себе обещания прекратить лгать.

Ленни покачал головой.

– Не-а. Прежде всего, где ты собираешься найти красивое платье за сорок баксов? Полная брехня, Эмерсон. Как-никак, ты не пришла бы просить у меня деньги на платье.

– Я не прошу. Ты говорил, что заплатишь.

– А ты сказала, что не хочешь, чтобы я тебе заплатил. А теперь хочешь. Так в чем дело?

– Ни в чем. Мне просто… нужно… сорок долларов! – я судорожно вздохнула и заплакала, что удивило меня так же сильно, как и Ленни. Пришлось закрыть лицо руками.

– Воу, – отреагировал Ленни. – Что ты делаешь?

– А на что это похоже? – я схватила рулон бумажных полотенец, который он держал на рабочем столе, и оторвала несколько листов, чтобы спрятать свое лицо. Если меня прорвало, то я не могла остановиться, пока слезы не иссякнут.

Сперва Ленни попятился от меня, как будто боялся, что я могу взорваться, а затем начал подходить ближе и ближе, пока его плечо не поравнялось с моим носом. Парень нежно обвил меня руками и притянул в свои объятия. Я опустила голову, мое тело расслабилось.

– Шшш, – утешал он. – Я дам тебе сорок баксов.

– Это не на платье, – сказала я, все еще всхлипывая.

– Ты не обязана объяснять, правда. Я…

– Это на оплату такси в Беллвью и обратно, в «King». Вот и все. Сегодня вечером я выступаю на музыкальном вечере. Никто не знает об этом.

Его брови сошлись у переносицы.

– В котором часу ты должна там быть?

– В семь.

Ленни улыбнулся.

– Я сам тебя отвезу.

Глава 43

Было полседьмого вечера, когда Ленни припарковал свой джип за углом дома Молли, так что мои родители не увидят, как я с ним поеду. Я забралась внутрь, поставив сумку с маминым лиловым платьем на полу между нами. Парень завел двигатель, и мы поехали.

Как только мои глаза привыкли к приглушенному вечернему свету, я заметила, что Ленни надел не коричневые рабочие ботинки, а черную пару с темными джинсами. И он сменил фланелевую рубашку и концертную футболку на застегнутую угольно-серую и черную кожаную куртку.

Парень откинул волосы назад, но они вернулись на место, очертив линию подбородка. Никакого хвостика, неопрятные кончики исчезли.

– Ты подстригся?

Ленни опустил голову, словно прятался за тем, что осталось.

– Карла помогла, – пробормотал он.

– Выглядит…мило.

Он улыбнулся.

– Не хотел смущать тебя или еще что.

Я легонько похлопала его по руке.

– Это я могу сделать самостоятельно, спасибо тебе большое.

Некоторое время мы ехали в тишине, наблюдая за проносящимися мимо фарами автомобилей. Как вдруг меня осенило, что я увижу Джеймса. Наконец-то. Но вместо того, чтобы радоваться и чувствовать волнение, я была в ужасе. Почему он просто не позвонил, объясните мне? Это выступление казалось своего рода изощренным тестом. Должна ли я подвергать себя унижению, чтобы доказать свою искренность?

– У тебя все получится, – Ленни вытянул руку, останавливая мое колено, дергающееся вверх и вниз, словно отбойный молоток. – Не волнуйся.

Мандраж касаемо Джеймса он принял за нервное возбуждение из-за пения, что лишь напомнило мне, как я из-за пения нервничаю.

– Ты чересчур уверен, учитывая, что ты никогда не слышал мое пение, – сказала я.

Его губы растянулись в ухмылке, несомненно, виноватой.

– Ты слышал?

– Восемь тридцать, колыбельная. Лучший концерт в городе.

– Ленни!

– Что? Как-то вечером я был у Карлы и услышал твое пение. Ты действительно умеешь петь.

Я помотала головой.

– Но я не могу. Не на глазах у людей. В том-то и беда. Застываю на месте. Что, если это произойдет со мной сегодня вечером? Такое и раньше происходило.

– Это было давным-давно, – ответил парень. – Ты была ребенком.

«Подожди-ка».

– Как ты узнал? Тебя там не было.

Проигнорировав меня, Ленни потянулся к радио, чтобы включить его, и сменял одну нечеткую станцию за другой, пока не нашел понравившуюся ему песню.

– Пойдет?

– Ленни. Ты там был? На районном шоу талантов?

Парень повернулся ко мне, удерживая мой взгляд дольше, чем следовало, так как мы ехали по главному шоссе.

– Ты не помнишь.

– Не помню что?

Ленни вернул взгляд на дорогу.

– Ничего, – ответил парень, понижая громкость радио. – Эй, я не видел Брейди несколько дней. Как он поживает?

– Ты же был там, ведь так? На шоу талантов.

Он глубоко вдохнул и не спеша выдохнул.

– Ладно. Да. Я там был.

– Почему тогда не сказал?