Читаем Метро полностью

Виндман присел на стул.

– То есть меня ищут?

– Нет. Искал только я.

– Извини, я не знал. Но как это тебе удалось? Найти меня?

– Просто шел по следу.

– По следу… Хм. Макарову, наверное, это не понравилось?

– Это неважно. Думаю, я теперь тоже отстранен.

Виндман понимающе кивнул, затем как-то по-новому поглядел на Якова и помахал рукой перед своей шеей.

– А это? Не беспокоит?

– Абсолютно.

– Неплохо, да?

– Думаю, на этом можно сделать хорошие деньги.

– Если сумеешь выпросить у него рецепт.

Яков скривился.

– У нас общение как-то не заладилось. Он разбил мои телефоны и забрал пушку. Надеюсь, тебе он рассказал больше.

– Он сказал, что мы убили его сына.

– Серьезно?

– Имей в виду. И спасибо тебе…

– Забей. Лучше расскажи о наших планах. Я правильно понимаю, что все это того стоило? В Москве над нашим делом работают уже другие люди.

– Мы должны показать ему то, что нашли под фонтаном. Не знаю, как, но должны.

Яков усмехнулся, обрадованный ответом Бориса.

– Значит ты в деле?

Виндман развел руками.

– Это решать не мне.

– Но генерал отстранил тебя.

– И не ему.

– А кому, блин?

– Путь сюда мне указала синяя собака.

Брови Якова поползи вверх.

– Синяя со…

– Мы на верном пути, Яша.

Когда в дверях появился старик, и его тень легла на стол, Борис и Яков мигом притихли, как испуганные дети в присутствии сурового взрослого. И тогда Борис впервые задумался о застреленном сыне старика. Действительно ли он был ему сыном?

– Через час отправляемся, – сказал старик.

И они отправились – через час.

Несмотря на мороз под минус тридцать и сильный ветер, Борис не чувствовал холода. Может, дело было в долгом пребывании в натопленной избе, а может в горячем отваре из шишек. Когда они двинулись по заснеженному полю, искрящемуся от яркого солнца – в сторону чернеющей вдали полоски леса, Борис чувствовал такую бодрость, какую не чувствовал даже в молодые годы.

Однако поспевать за стариком, который, несмотря на почти вековой возраст, спешно шел впереди, не страшась подставлять им спину было непросто. Борис и Яков как дети, спешащие за взрослым, то и дело сбивались с быстрого шага на бег.

Они вышли к станции, где Виндман впервые увидел синего бостон-терьера. Почти сразу приехала электричка, они сели в пустой вагон и в молчании доехали до челябинского вокзала. На вокзале старик достал из своего кармана их паспорта и пошел покупать билеты до Москвы.

Борис заговорил было о самолете, но старик прервал его.

– Я не летал самолетами с сорок восьмого года. Даже в Америку я плавал на кораблях и однажды на танкере. Знаете почему?

– Почему?

– Подумайте, пока я покупаю билеты.

– Возможно потому что вы хороший пловец, – предположил Яков и, удостоившись сурового взгляда старика, стер со своего лица улыбку.

– Почти угадал. Только зашел не с той стороны. Попробуй начать с уважения к старшим. Вы даже не представляете, с чем имеете дело, дети. Мне жаль вас… Ведь они этого так не оставят, а вы совсем не готовы.

При этих словах старика, Виндмана снова стало одолевать сомнение насчет того, что застреленный головорез был его родным сыном.

– Никаких самолетов, когда имеете с ними дело.

– С кем – с ними?

– Ждите здесь, – сказал старик, сверкнув напоследок своим безумным взглядом.

Он вернулся через пятнадцать минут, отдал им паспорта и билеты.

– Поезд через сорок минут, пойдёмте, мне надо поесть. Тут KFC недалеко…

Борис с Яковом переглянулись.

Через сорок минут, старик, съев большое «ведро» крылышек и три боксмастера, выпив почти литр «Пепси», занял нижнюю полку в купе фирменного поезда. Раскинув полы своей широкой куртки, он походил на древнего лесного царя. Напротив него сидели Яков и Борис. Яков сжимал стакан с зеленым чаем из закусочной. В дверях появилась проводница и потребовала билеты.

– Где четвертый пассажир? – Спросила она, с опаской глядя на старика, который протянул ей два билета.

– Остался на полях сражений второй мировой. Его дух до сих пор витает над тридцатью миллионами гектаров, окропленных кровью, – сказал старик, – но сейчас он здесь, поэтому считайте, что нас здесь четверо.

– Так не положено.

Старик повернул к ней строгое лицо, но Виндман опередил его.

– Послушайте, девушка. Перед вами ветеран великой отечественной войны. Ему вообще СВ положен, а он за свои деньги билеты покупает.

Женщина заглянула в паспорт, в ее глазах появился ужас, она быстро протянула его старику:

– Извините, вы выглядите моложе.

Она попыталась улыбнуться, но старик посмотрел на нее так, как смотрят все глухие старики – равнодушно и отстраненно. Только Виндман теперь понимал, что это совсем не та отстраненность, которая присуща распадающемуся разуму. Это вековая суровость и подозрительность стали частью этого человека. Как бы то ни было, довольно трудно улыбаться, когда на тебя смотрят сурово и проводница ретировалась.

Старик закрыл за ней дверь, и сев на место, посмотрел тем же страшным взглядом на Бориса и Якова.

– Мы должны сразу туда отправиться, как прибудем в Москву. – Произнес он и, обращаясь к Борису, добавил. – Звони своему начальнику.