Читаем Метод 15/33 полностью

Я спрыгнул с дерева, неудачно приземлился, и колени подломились подо мной. Я бросился бежать, спотыкаясь и крича оставшимся сзади и ничего не понимающим родителям:

— Они забрали Мози! Они забрали Мози!

У меня не было времени останавливаться и объяснять, что я уже видел «датсун», в котором увезли брата, раньше, и что я даже могу описать количество окон и дверей в доме, возле которого обычно парковалась эта совершенно неприметная машина.

Я абсолютно уверен, что все четыре квартала до нашего дома даже не дышал. Отперев замок ключом, который мои родители прятали под ковриком, я распахнул боковую дверь, слетел по лестнице в подвал, схватил свой пневматический пистолет и коробку с дробью и выскочил наружу. Я перебросил пистолет и коробку через забор в школьный двор, расположенный рядом с нашим домом, а затем перепрыгнул через него сам. Я слышал, как зовут меня родители, которые тоже бежали к дому и которым оставалось преодолеть еще один квартал или около того. Они не могли видеть, как я прыгаю через забор, а я не стал их дожидаться.

Обогнув школу, я пересек игровую площадку и бросился бежать кругами, вниз по обсаженным деревьями улицам, пока не очутился на окраине города, где уютные домики сменились небольшими ранчо и разноуровневыми зданиями. Мы три раза бывали здесь с нашей няней, потому что именно здесь жил ее парень.

Я оказался в тупике с тремя домами, выстроившимися вокруг газона в виде полумесяца. Их в свою очередь огибала идеально круглая дорога, по которой из тупика выезжали машины и носились на роликах и велосипедах дети. Квартира парня нашей няни находилась двумя дорогами выше. С учетом извилистых улиц и раскидистых крон дубов и платанов, дом, за которым я должен был наблюдать, оттуда не был виден. Вокруг самого тупика, как ни странно, не было ничего, не считая заброшенной стройплощадки. Место, куда я прибежал, очень отличалось от скоплений домов на остальных улицах города. Три дома в этом тупике были как две капли воды похожи друг на друга, явно являясь плодом фантазии одного и того же архитектора. Один из домов — белое разноуровневое строение — казалось, пустовал, на что указывали скопившиеся на крыльце газеты. Другой — белый низ, коричневый верх — явно был нежилым, о чем свидетельствовали лишенные штор окна, позволяющие заглянуть в пустую гостиную, и неподстриженная трава перед крыльцом. Желтая лента, предостерегающая о недостающей ступеньке, также подтверждала предположение о заброшенности данного жилища. Третье здание — с облупленной ярко-синей краской на стенах и белыми ставнями — также выглядело бы нежилым, если бы не коричневый «датсун» на подъездной дорожке. Именно там, где я его и видел во время одной из наших прогулок. Те же номера: Айдахо XXY56790. Я услышал глухой стук. Это буквально перед моим носом захлопнулась дверь ярко-синего дома. Кто-то только что вошел в здание.

Статистика утверждает, что большинство жертв увозят за много миль от места похищения, после чего их прячут или убивают.

Я попал в затруднительное положение. С одной стороны, я не мог ворваться, опасаясь того, что двое взрослых мужчин без труда одолеют и захватят также и меня. К тому же там могли находиться и другие люди. С другой стороны, я не решался отвести от дома взгляд, опасаясь, что они сбегут с моим любимым Мози. Я отчаянно надеялся на то, что, произнеся слово «полночь», один из похитителей обозначил время, когда они собираются уехать, что позволило бы мне напасть на них из засады. Я понял, что мне остается только одно — спрятаться на платане напротив дома и ждать, держа под прицелом пистолета главную и боковую двери. Я намеревался открыть стрельбу, как только наступит полночь и они попытаются бежать.

А пока едва наступил полдень.

Один Бог ведает, каким пыткам подвергался находившийся внутри Мози.

Тот день на дереве. О, тот день на дереве.

Если вы возмущены, читая это, и кричите мне, что был другой выход из этой жуткой ситуации, более легкое и очевидное решение проблемы, отлично. Но мне было тринадцать, и я не обладал вашим жизненным опытом.

Я стремительно взобрался по стволу наверх. Примерно в десяти футах от земли я нашел прямую ветку, просто идеальную и Господом Богом предназначенную для того, чтобы вешать на нее качели. Я забросил на нее ногу, а затем и вторую. Я расположился на этой благословенной толстой ветке, прижавшись боком к стволу и держась за другую, тонкую и кривую ветку у себя над головой для равновесия. И я стал ждать. И ждать.