Читаем Места полностью

(а я его видел! видел! привозят меня, значит, в большой длинный зал, весь свечами черными уставленный, пламя-то все колеблется от порывов ветра внезапных с завыванием (йе-йеее!) то вправо (йеее!), то влево (йеее!), то на меня, то от меня, а когда от меня, то там, вдали, пожар как бы вспыхивает с ревом звериным, и клубы черные застилают все (йеее! — хрипло как горлом сдавленным), а я как бы уже вдова, во все черное одетая, да и внутри вся темная, со слезами высохшими в песчинки крупные во впадинах потрескавшегося лица между носом и скулой корявой, руки худые цепкие, волосы седые и редкие из-под платка черного кружевного каменного красиво выбиваются, и тут издали (йе-йеее! — снова) из-за пожара багрового он появляется в белом мундире, а ботинки, ботинки — черные! это я помню! и усы, и волосы, и глаза тоже черные, а мундир — белый, а ботинки и усы — черные, и волосы с глазами черные! а мундир весь белый и с медалями яркими! подходит ко мне, смотрит в глаза мои снизу вверх глазами своими черными! а лицо у него такое усталое-усталое, скорбное, лишь усы — черные, и глаза — черные и блестят! смотрит он, смотрит, не говорит ничего, только смотрит, не говорит ничего, только смотрит и смотрит, падает на колени, аж все медали зазвенели, а одна даже по полу покатилась звеня и подпрыгивая по полу мраморному матово-поблескивающему, покатилась вдаль позвякивая: дзыннь! дзззззынь-дзззынь!)

1 голос: вздыхает, вздыхает и думает про себя и вздыхает, вот посмотрите — он вздыхает, они вздыхают и думают, и вздыхают, вздыхают про себя, про себя, в смысле, им себя жаль и вздыхают, и про, и контра, и себя, и думают, что вздыхают, и вправду вздыхают, и вздыхают, и вздыхают что думают и вправду вздыхают, и все про и контра, и про себя, про себя, но нет сил, но думают, думают, к небу взор свой обращают, и к небу, и взор, и свой, и обращают, глаза сухие к небесам ближним и дальним, и глаза, и сухие, и к небесам ближним, и к небесам дальним, дальним! —