Читаем Места полностью

                смрадом дышит, провалом и тьмой дышит, шерстью, шерстью порастает (ей-йеее!), когтями в подушку врастает, рот проваливается! (ей-йеее!) проваливается! череп! череп высвечивается! а ты ни шагу прочь! (йеее! йеее! — почти шипит!), ты ни шагу, ни шажочку, ни шажочечку, ни сантиметрика прочь! —                Прочь! Прочь! Прочь! ПРОЧЬ! ПРОЧЬ! призрак ужачный! Прочь поди со всем твоим коварством и взываниями! — (Йе-Йе!)                Прочь! Прочь! Ужас! Ужас! — полуживого забавлять!Снова первый голос: Поправь, поправь подушечку-то! —                О-о-о-о-о-о!Теперь второй голос: Как насчет подушки-то?                О-о-о-о-о-о!Первый голос: Лекарство, лекарство поднеси с ложечки!Неведомый голос: Йе-йе-йе!Второй голос: Лекарство поднеси печально!                Не на-ааа-адо!Первый голос: Поднеси, поднеси чарку-то!                Йе-йе-йе!Второй голос: Поднеси, поднеси губки-то свои нежные                                                  к его устам страждущим! —                О-о-о-о! Не могууу! Он уже, он уже разлагаетсяяя! —Первый голос: А ничего, поднеси! —                Йе-йе-йе!                Он черт! Он скользкий!Второй голос: А ничего, поднеси! —                Я не могууу!Все голоса вместе: Поднеси! Поднеси! Поднеси! —                Йе-йе-йе!                Не могууууу!                Поднеси! Не могууу! Не могууу! Поднеси! Йе-йе! Поднеси! Немоейсипогуднесийегомогусийонегомосииии!                Я не могууу! Я не тот!                Я другой! Я неведомый! —                А кто ты? —

(неожиданная пауза)

(перевод дыхания)

(все молчат)

(надо осмотреться)

(все ждут)

(итак)

                Я маленькая девочка! —

(это уже не я, не тот, что вначале, что сопротивлялся, это же, вы видите, маленькая девочка, с косичками и в юбочке; с ножками тоненькими, она играет и поет)

                Играю и пою —

(она маленькая девочка, это угадывается по тому, что она маленькая и поет все это на единственный памятный мне с детства мотивчик, другого и не упомню, так что и петь не могу, мотивчик сладостный со дня рождения: В лесу родилась девочка, ой-ой, не то — родилась елочка!)

                Я Сталина не видела                Но я его люблю                (а я-то видел его, видел)                Я маленькая девочка                Я в школу не хожу                Я Сталина не видела                Но я его гляжу

(Гляду! Гляжу я его, гляжу в сердце моем! моем! очами души моей в сердце света памяти своей! в утробе своей порождающей! в средостении чакр жизнеизлечивающих глазом зрения будущим! (йе-йеее! — вдруг, в утробе своей нежной, невинной, девственной, неразверстой еще вижу! вижу! (ей-йеее! — громче уже) вижу!)

(а я его видел рядом, в медалях, в мундире белом атласно-шелковом, пред собою на коленях!)

                Я маленькая девочка                Я самых честных правил!                (на коленях видел!)                Я Сталина не видела

(на коленях видел перед собой!)

                Но он над мною правил!

(а я его видел! видел его! ночью однажды приезжают ко мне на тяжелой черной машине, она аж скрипит от своей тяжести, входят в комнату (йе-йе!), говорят: одевайся, — одеваюсь во все черное, говорят иди — иду ровно и медленно, говорят, садись — сажусь в машину!)

Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги