Читаем Механист полностью

И ложные, как и все, исходящее от толпы, — Вик встряхнулся, отгоняя стадные наваждения. Нельзя поддаваться, нельзя верить, надеяться, просить и жалеть. Зачем думать о том же Журбине или минутном знакомом — янычарском дервише? Кэп тоже парень неплохой, но и ему не жить. Если за дело взялся Моисей, какие бы цели он ни преследовал, это, скорее всего, закончится к его удовольствию. Это война не Вика.

О чем там, кстати, говорит Венедис упомянутый Моисей? Старьевщик прислушался. Кто бы подумал — о войне, вернее, о войнах.

— Великие битвы прошлого? С Радостных Времен мы только и делаем, что деремся за кусок земли.

Интересно, а с чего Венедис понесло в такие дебри?

— О, Радостное Время… Говорят, тогда люди не знали междоусобиц, жили в мире и согласии. А другие считают, что при этом они насиловали тело Земли, пили соки Природы, бездумно эксплуатировали мощь Стихий. Шут его знает, что послужило толчком, — про то братья-свидетели горазды рассказывать… Как кто такие? Ты, девонька, из каких краев в наш грешный мир явилась?

Вот и Вик все чаще задумывается…

— Братья-свидетели никому не поклоняются. Прародитель их миссии, Брат Тор, считал, что стал соучастником событий, повлекших начало Большой Войны. Теперь миссия братьев — предупреждение ошибок прошлого, примирение людей с мирозданием.

Эту байку Моисей шпарил, как на братской проповеди, коей она, по сути, и являлась. Старьевщик ничего не имел бы против мироздания, если б его самого не впутали в болезненный процесс примирения. И не только потому, что киркой, по сути — братским символом, пришлось махать в штольне.

— Тайну Свидетельства братья хранят в недоступной даже магистрам памяти отцов миссии. Только крупицы доступны широким массам. А о самой Войне много рассказов ходит, ее очевидцев хватало — все, кто выжил. Некоторые говорят, что Стихии вовсе и не на людей ополчились, а друг на друга. Читал раз один свиток, братья бы за него на костер отправили. Там говорится… — Моисей закатил глаза и нараспев продекламировал: — Вода поглотила Землю, стремясь обратить в грязь плодородную почву, Земля разверзлась и дохнула пламенем, Огонь пожрал поток, в клубах пара истребляя влагу, порывистый Ветер набросился на Огонь и разметал в клочья по всей Земле. Перечеркнули тело мира огненные вихри, пылевые бури и напитанные водой смерчи, небосвод скрылся за пеленой пылающей грязи, удерживаемой на недосягаемой высоте необузданными воздушными течениями. Тьма окутала мир, и в первозданном мраке бушующие Стихии все рвали и рвали кровоточащую плоть планеты и собственное естество. Люди скрывались в жалких убежищах, дрожа от пронизывающей пространство освободившейся мощи…

Старьевщик тоже заслушался — ведь, с точки зрения братьев, все не так. Природа, само мироздание, ополчилась на служившее Злу человечество. Катаклизм пережили только избранные. Еще одно из утверждений — в битве погибло Зло, но и Добро, истекая кровью, покинуло мир, позволив людям начать свою историю с чистого листа, предоставив им право самим выбирать свой путь.

— И уж точно не было тогда ни лидеров, ни полководцев, а только обезумевшие элементали и жертвы буйства энергий. В этом все летописцы сходятся.

— А Тор? — спросила Венедис.

Вику показалось, что не только он, но и вся ватага вольных вслушивается в откровения Моисея.

— Брат Тор, иные говорят, что его истинное имя было, как у нашего Инженера — Вик-Тор, являлся лишь свидетелем и видел, какое происшествие послужило отправной точкой последующих событий. Он видел, знал и своим учением хотел отвратить выживших от пагубного пути.

«Тор, Вик-Тор! — мысленно возмутился Старьевщик. — Не хватало, чтобы в прелестную головку Венди забрели еще какие-нибудь аналогии».

— Как же боги?

— Боги?.. А, понимаю… Небесные покровители, способные объективно влиять на реальность. Слышал. Да, даже братья иногда цитируют выдержки из древней книги, упоминающей о богах. Считается, что после Большой Войны все боги покинули наш мир. Служения в некоторых культах направлены на призвание небесных покровителей обратно. Что по мне, то тут я согласен с братьями. Каждый человек должен стремиться к познанию собственных неограниченных способностей, каждый в состоянии оставить след, а каким он будет — зависит от нас самих. Чем мы не так называемые божества? Героев помнят, их ставят в пример, им подражают и стремятся продолжить начатые ими дела.

Да, горазд читать проповеди старина Моисей. Вик усмехнулся — его бы те же братья без вступительного экзамена назначили главой прихода. От этих назидательных сказаний о великих героях древности местами подташнивает. Кровавые победители кровавых эпох. И ни одного упоминания об истинных героях разума, сумевших сохранить в наступившем хаосе крупицы Знания.

— Герои? Такие, как Тор? О ком еще ты знаешь? — спросила Венедис, дался ей этот доисторический фанатик.